Сны света. Глубинная дневная практика осознанных сновидений

Затем я выхожу на улицу, и, как сказал Чогьям Трунгпа, «небо превращается в синий блин и падает нам на голову… Наше видение становится совсем другим… Мы говорим о том, как создать пространство на месте головы. Это пространство, или пространство над нами, очень важно. Нам интересно, как пространство может подарить нам отношения с реальностью»[149]. В практике отсутствия головы мы мгновенно смешиваем свой ум с пространством. Учения дзогчен говорят о радикально неделимом пространстве-осознавании, плоде недвойственной мудрости. Пространство на месте головы – ключ к этой мудрости.

12. Иллюзорная форма и корни страха

Если свистеть в темноте, светло от этого не станет.

Эрих Фромм

Мы можем отвернуться от убеждения, будто иллюзорные переживания реальны, и устранить его. Мы словно уже уснули и видим сны. С этим ничего не поделать. Однако внутри сновидения мы можем бросить вызов своему убеждению о том, что сновидение реально. Мы можем осознать, что это лишь сновидение и что оно не реально. Когда внутри сновидения мы обнаружим, что сновидение – это просто сновидение, станет возможным пробуждение.

Цокньи Ринпоче

Йога сновидений и медитации иллюзорной формы, такие как медитация на чистом восприятии или смешивание ума с пространством, обнаруживают великую иронию пробуждения: когда мы пробуждаемся в духовном смысле, мы пробуждаемся от кошмара овеществления. Мы оставляем плотный мир позади. Мы пробуждаемся к реальности, подобной сновидению. Мы входим в мир, не имеющий основания. То, что абсолютно реально в духовном смысле, противоположно тому, что реально в материальном смысле. Эго всё понимает наоборот.

Таким образом, с точки зрения эго это пробуждение не всегда желанно. Эго боится этих учений. План эго – заморозить мир по своему образу и подобию: сделать его плотным, устойчивым и независимым. Плотный «другой» там подразумевает наличие плотного «себя» здесь. Каким бы подсознательным ни было это следствие, оно порождает двойственность, или двухчастное эго, то есть плотность (эго) «себя» и «другого».

Духовный путь, напротив, ведёт к двухчастному отсутствию эго, то есть к просветлению, или полному распознаванию пустого, но светоносного ума ясного света. Большинство духовных практик работают изнутри наружу. Вы начинаете исследовать и растворять ложное ощущение «я», и этот процесс в конце концов ведёт к растворению сконструированного ощущения другого. Однако практика иллюзорной формы работает в основном снаружи внутрь и ведёт к двухчастному отсутствию эго, сосредоточиваясь на растворении плотности «другого». Эти два подхода поддерживают друг друга, и в обоих случаях растворение «эго» (плотности), внутреннего или внешнего, является путём, ведущим к просветлению.

Мингьюр Ринпоче пишет: «Смысл не в том, чтобы убеждать себя, что мы действительно можем ходить по воде, а в том, чтобы понять: плотность, которую мы обычно приписываем своим телам, не реальна. Такое обретение более реалистического видения того, кем и чем мы являемся, имеет долгосрочные преимущества. Принятие нашей собственной сущностной пустотности и пустотности всех феноменов препятствует нашим импульсам цепко держаться за вещи, которые на самом деле невозможно удержать»[150].

Логика проста: чтобы танцевать безумное танго двойственности, нужны двое: «я» и «другой». Одно невозможно без другого. Растворите любое из них – и танец двухчастного эго со скрежетом остановится. Чогьям Трунгпа говорит:

[Запутанный] ум развивает свою особую природу тогда, когда восприятие начинает задерживаться на чем-то ещё кроме себя самого. Ум принимает факт восприятия чего-то другого за собственное существование… Ум задерживается на другом, чтобы получить обратную связь, доказывающую фундаментально ошибочное убеждение, будто он сам существует… Мы можем жаловаться на правительство, экономику или ключевую процентную ставку, но эти факторы вторичны. Процесс, изначально лежащий в корне проблем, – это конкуренция, возникающая в результате видения себя лишь как отражения другого. Это автоматически выражается в проблемных ситуациях. Они – дело наших собственных рук, результат наших собственных стараний[151].

Страх свободы и пространства