Со мной так нельзя!: каким бывает насилие и как его распознать

Изнасилование остаётся изнасилованием даже в браке. Брак не даёт разрешения делать с телом жены всё, что заблагорассудится.

Это ещё один пункт, в отношении которого мы отстаём от европейских стран постсоветского пространства. Украина и Молдова – страны постсоветского пространства, где изнасилование в браке наказывается более строго, чем изнасилование со стороны незнакомого лица. (Законодательство Украины конкретно упоминает изнасилование в браке, тогда как в молдавском законодательстве речь идёт о сексуализированном насилии в отношении члена семьи, которым может быть и жена.) В законах Грузии сказано: если преступление совершается против члена семьи, то это считается отягчающим обстоятельством. Стамбульская конвенция (см. главу «Особенности национальной защиты женщин», с. 119) предусматривает: если преступление совершается против бывшего или нынешнего супруга (супруги) или партнёра, это должно служить отягчающим обстоятельством при вынесении приговора и определении меры наказания. Будем надеяться, что подобные изменения законодательства скоро произойдут и в России.

В общем, легче сказать, когда у вас с партнёром всё в порядке с сексом. Когда вы доверяете друг другу и можете свободно признаваться в своих желаниях и нежеланиях. Когда вы с уважением относитесь к потребностям друг друга. Когда вы можете сказать «нет», и партнёр это примет. Когда секс – это пространство близости, а не пыточная камера или поле боя. Когда вы получаете от своей сексуальной жизни удовольствие.

Ещё более тёмная тема – сексуализированное насилие над детьми. В последнее время об этом всё-таки начали говорить, но этот разговор всякий раз наталкивается на общественное сопротивление. И точно так же как тема насилия над женщинами, вопрос сексуализированного насилия над детьми изрядно мифологизирован.

Как представляет эту тему неинформированный человек? Разброс мнений очень велик. Если собрать вместе все расхожие представления, получится, что:

• это делают только педофилы;

• это делают геи;

• опасность представляют только особые люди – извращенцы, которые подкарауливают в кустах возле детских площадок, секций, школ и т. п.; с близкими людьми в семье ребёнок находится в полной безопасности;

• если вдруг (маловероятно, но всякое бывает) это случается в семье, мать всегда знает и несёт за происходящее ответственность;

• дети, развращённые Интернетом, сами стремятся к сексуальным контактам и соблазняют взрослых;

• сексуализированного насилия над детьми очень мало, дети большие фантазёры, которым хочется подражать взрослым, вот они и выдумывают всякое.

На самом деле…

Словом «педофил» – не с бытовой, а с научной точки зрения – называют человека, который испытывает сексуальное влечение именно к тем, кто не достиг половой зрелости. К сожалению, лиц, осуществляющих сексуализированное насилие над детьми, намного больше, чем педофилов: среди них есть также люди, которые не испытывают специфического влечения к несозревшему детскому телу. Они состоят в браке, имеют постоянные сексуальные контакты со взрослыми противоположного пола. То, что их привлекает в отношениях с человеком слабым и зависимым, – это власть и контроль… И если вопрос, кто такие педофилы и откуда они берутся, находится за пределами этой книги, то лица тех, которых привлекает власть и контроль, мы уже видели на предшествующих страницах, потому что это как раз и есть абьюзеры.

Да, как правило, насильник – это не подозрительный незнакомый тип, который наблюдает за резвящимися школьниками сквозь решётку. Это взрослый, которого ребёнок хорошо знает. Человек, имеющий семью. Дядя, родной или двоюродный старший брат… Или отчим. Или родной отец. Отцы, годами насилующие дочерей, могут выглядеть респектабельными людьми в глазах окружающих, которые впоследствии упрекают в чёрной неблагодарности этих дочерей, если они, став взрослыми, разрывают все связи с семьёй. Иногда это крайне религиозные люди, которые используют авторитет священной книги для того, чтобы сломить сопротивление ребёнка, убеждают, что повиноваться отцу – это его долг. Но, как правило, сопротивления никакого не бывает: дети ещё не знают, что должно с ними происходить, а чего не должно. Не говоря уже о том, что ребёнок по умолчанию верит значимым взрослым…