Собирание русских земель Москвой

Нам ближе неизвестны мотивы разрыва между Рязанью и Москвой в 1371 году27; суть вопроса в отношении этого разрыва к договору, какой в эту пору заключен между великими князьями Ольгердом и Дмитрием. А в договоре этом читаем упоминание о включении в мирный трактат с Ольгердом тех князей, «хто будут со князем с великим з Дмитрием Ивановичем и с его братом с князем с Владимером Анъдреевичем в любви и в докончанъи, князь великий Олег, князь великий Роман, князь великий Володимер Проньский и иные князи, хто будут в нашем имени»28. Текст показывает, что предстояло особое «докончанье» с князьями рязанским и пронским, причем дает намек на то, что вопрос, быть ли им «в имени» в. к. Дмитрия, оставался еще открытым. В возражениях Олега против его зачисления в «иные князья», кто будет «в имени» великого князя Дмитрия с отказом от самостоятельных внешних сношений, всего естественнее видеть мотив последовавшего разрыва между Москвой и Рязанью. Как бы то ни было, в декабре 1371 года великокняжеская рать идет на Рязань, рязанцы разбиты близ Переяславля на Скорнищеве, князь «Олег едва утече в мале дружине», а стол рязанского княжения занял пронский князь Владимир Ярославич. Однако не надолго; Олег после ухода московской рати «изгоном» согнал Владимира и вернул себе великое княжение на Рязани29.

К сожалению, наши источники молчат о том, как определились московско-рязанские отношения после этих событий. Впрочем, самое это умолчание московских летописных сводов следует, быть может, признать чертой показательной: трудно допустить, чтобы в них не нашло упоминания докончание в. к. Дмитрия с рязанским Олегом «на всей воле» великого князя, если бы таковое состоялось. Олег силой, быть может, с татарской помощью30 вернул себе великое княжение, согнав с Рязани московского ставленника. И он не только удержался на великом княжении, но фактически увеличил свою независимость от великокняжеской власти. В ближайшие годы не слышно о его участии в борьбе Москвы с Литвой и Тверью, и этот его нейтралитет подчеркнут той ролью третейского судьи в московско-тверских разногласиях, которая ему предназначена в договоре 1375 года в. к. Дмитрия с тверским великим князем Михаилом Александровичем31. Собственные интересы Рязанской земли, как их, по-видимому, понимал в. к. Олег, побуждали его держать себя уклончиво и осторожно. Правда, разлад с пронским княжением вскоре потерял тревожный характер. Князь Владимир Ярославич умер зимой 1372/73 года32, а сына его Ивана встречаем деятельным князем в раздоре с великим князем рязанским только по смерти князя Олега. Но 70-е годы – время крайнего напряжения русско-татарских отношений, и Рязанская украйна должна была их провести в состояние33 непрерывной тревоги. В 1373 году Рязанская земля испытала разорительный набег Мамаевых татар34. А в. к. Дмитрий с князем Владимиром Андреевичем стояли, «собрався со всею силою своею», на берегу Оки, «все лето», и цель их была достигнута, раз удалось не допустить татар до переправы за Оку35.

Рязанская земля испытала горькую участь украйны, лежащей впереди основной линии великорусской обороны – течения Оки. Великорусские силы, объединявшиеся вокруг Москвы, упорно и все более успешно защищали от татарских нападений Нижний Новгород, Нижегородский край и линию Оки. Так и осенью 1377/78 года царевич Арапша после нападения на Нижний Новгород и разорения Засурья беспрепятственно грабит «изгоном» Рязанскую землю. Много терпел и Нижний, но и значительны были усилия на его оборону; а для положения Рязанской земли особенно характерны деяния 1378 и 1379 годов. На этот раз неожиданным изгоном татары захватили Нижний врасплох и сожгли его. В. к. Дмитрий встретил новую татарскую рать воеводы Бегича за Окой, в Рязанской земле, и разбил ее на берегах реки Вожи. Но на Рязанскую землю не замедлила обрушиться татарская месть. Перед новым «изгоном» сильной татарской рати в. к. Олегу пришлось, по словам летописца-москвича, «перебежать на сю страну Оки», покинув города свои на произвол врага. Татары сожгли Переяславль и ряд иных городов и «Рязанскую землю пусту сотвориша»36.