Соблазн ей к лицу

Дафна вновь коснулась его щеки.

— Чарлз, ну что такое? — тихо спросила она. — Неужели есть что-то настолько ужасное, что ты боишься рассказать мне? — Она жалобно улыбнулась: — А вдруг я не сочту твою тайну такой страшной?

— Сочтешь, — мрачно ответил он.

Страх завязал все ее внутренности в узел. Что бы ни скрывал от нее Чарлз, это было нечто гораздо большее, чем пьющий отец, взявший в дом мачеху его детей, испортившую им детство.

Глубоко вдохнув, она произнесла:

— Все-таки будет лучше, если ты расскажешь.

Он ненадолго отвернулся.

Они оба стояли на краю пропасти, от которой их отделял лишь один шаг. Возненавидит ли его Дафна за страшную правду, которую он ей откроет? Сумеет ли скрыть панику и ужас? Станет ли презирать? Отлучит ли от постели, опасаясь дурного семени? Стоит ему открыть рот, и он может потерять самое дорогое. Открывая ящик Пандоры, Чарлз имел все шансы лишить себя надежды на счастливое будущее.

Он упрямо выпятил подбородок. Дафна должна знать правду! Последствия непредсказуемы, но жить во лжи еще хуже. Помоги ему Господь!

Притянув Дафну к себе, Чарлз начал говорить:

— Речь пойдет о Рауле…

И он рассказал. Все, без утайки.

О ночных кошмарах Нелл. О подземелье под Дауэр-Хаусом. О женщинах, которые погибли в муках от ножа Рауля. О смерти, которую принял Джон от рук Рауля и Софии. О смерти Софии от его собственных рук. И о причинах, по которым он прибыл в Корнуолл.

А когда умолк, Дафна лежала тихо и молчаливо рядом, свернувшись в клубочек. Сердце Чарлза сжалось так сильно, что его пронзила боль. Он боялся, что она поднимет взгляд и в ее глазах он прочтет страх и презрение. Каково хрупкой чувствительной женщине узнать, что ее супруг убил собственную мачеху и что в его венах течет та же кровь, что и в венах ублюдка, отнявшего жизни многих женщин? Сможет ли она смотреть на него так, как раньше? И как он будет жить с такой ношей на плечах?

Дафна молчала. Она потрясенно задавалась вопросом, как земля носит создания, подобные Раулю и Софии. Несмотря на все трудности, с которыми Дафну столкнула судьба, все ее злоключения представлялись теперь крохотными недоразумениями по сравнению с той болью, которую пришлось пережить Чарлзу. Она была готова услышать признание о незаконнорожденных детях, побоях, предательстве, но никак не о том, о чем поведал ей муж.

Странная ниточка, связавшая когда-то Нелл и Рауля, была неподвластна ее пониманию, но события в Бомон-Плейс также не укладывались в стандартные рамки.

Убийство Джона потрясло Дафну, и она всем сердцем сочувствовала Чарлзу. Ее любовь к собственным близким была такой сильной и всеобъемлющей, что сознание отказывалось понимать, как даже такой безумец, как Рауль, мог убить сводного брата. Рауль был полным психом, пытавшим и лишавшим жизни ради собственной услады, но почему София скрывала его зверства? Она заслуживала смерти, в этом не было сомнений. А Рауль… Дафна содрогнулась. Неужели это чудовище может быть живым и обитать где-то рядом с Бомон-Плейс?

Она подскочила на месте. Глаза расширились от ужаса, язык не слушался, когда она пробормотала:

— Мы д-должны предупредить… А ес-сли он нападет на Эйприл? Вдруг моя сестренка в опасности?!

Чарлз испытал облегчение. О чем бы ни думала Дафна, она явно не прониклась к нему презрением.

— С твоей сестрой все будет в порядке. Рауль нападал на девушек низших сословий, выбирал жертвы, чье исчезновение никого не удивит и не вызовет слухов.

— И что с того? — вздохнула Дафна. Она посмотрела на Чарлза с нежностью и сочувствием. Как нелегко, должно быть, пройти через подобный кошмар, носить его в памяти, словно постыдную метку, не иметь возможности поделиться болью! Он смотрел на нее так, словно безумно боялся ее осуждения, и это усилило нежность в ее сердце. — Ах, мой бедный муж! Ты столько перенес! — Она упала ему на грудь и обвила шею руками. — Даже не представляю, каково тебе пришлось: Рауль убил твоего брата, стал причиной самоубийства Дэниела. Как ты не сошел с ума? — Дафна принялась покрывать лицо Чарлза поцелуями. — София заслуживала смерти, она была бесчеловечной, но сейчас она мертва, наказана за свои злодеяния. Надеюсь, она горит в аду! И она знает, что теперь ты хозяин Стоунгейта и ее состояние принадлежит тебе! А что касается Рауля… если он жив, мы найдем и остановим его, поверь!

Огонь, пылавший в ее глазах, возродил в Чарлзе надежду. Его сердце снова принялось биться сильными, мощными толчками. Притянув Дафну к себе, он стал целовать ее снова и снова, ощущая сильную, безграничную любовь к женщине, принимавшей его таким, какой он есть, с его прошлым и страшными призраками.

Дафна отвечала на поцелуи, желая стереть всю боль, которую он испытывал. Пусть это почти невозможно, она была готова терпеливо лечить его раны месяц за месяцем, год за годом до полного исцеления.