Сократово учение по Ксенофону, в виде разговоров, в четырёх книгах

Но, повторяем, Ксенофонт передает немного разговоров, которые равнялись бы в замысловатости хоть этим, приведенным нами отрывкам. Да и эти места теряют всю свою живость в дивном переводе г. Синайского. Его перевод отличается необычайно пёстрым характером: на каждой странице красуются кои, таковые, столькие, ибо, поелику, и проч. Употребляются весьма часто слова: злоключения, вожделенный, своих-си, сладце беседовать, благоугождать; и рядом с ними такие слова, как поводливый, промеж собой, мастерица, волокита, и даже – ротные и полковые командиры, кондитеры, камердинеры, пикник, маршрут и проч. Точно будто переводил какой-нибудь дьячок времён Петра Великого, наставил славянских слов и форм, да и дал поправить какому-нибудь объевропеившемуся придворному, а тот и насовал сюда всякой немечины. Мы сожалеем, что не имеем теперь под рукой перевода Ксенофонта, сделанного в 1762 году Григорием Полетикою. Вероятно, за сто лет до нашего времени не умели так прелестно писать, как умеет г. Синайский. Возьмём из него, для примера, первые попавшиеся строки, чтобы читатель имел понятие о слоге г. Синайского.

СОКРАТ. Не отдал ли бы ты кормить и того человека, который согласился бы и имел силу отбить тебя от людей, намеревающихся нанести тебе обиду?

КРИТОН. С удовольствием бы, только чтоб не думать мне, что и он пойдёт против меня же.

СОКРАТ. Как это? Разве ты не знаешъ(ь)) что многим приятнее кому-нибудь пользоваться чем-либо от така(о)го человека, как ты за услуги, а не за какие-нибудь низости? Будь уверен, что здесь есть и такие люди, кои за большую честь сочтут быть твоим другом.

Так пишет г. Синайский, издавший недавно «Три статьи по предмету церковно-славянского языка».

На обёртке книжки, изложенной крайне дурно и составляющей 416 страниц в 16-ю долю листа, напечатано: «Цена 1 р. 50 к. сер. Места и лица за вытребованные уже и вновь требующиеся экземпляры благоволят присылать деньги! в Москву на имя Кол. Сов. И. Ф. Синайского, коего квартира в Звонарском переулке, в доме Зырева». Мы думаем, что места и лица поступят очень дурно, если благоволят бросить полтора рубля за «Ксенофона», переведённого г. Синайским.

На последней странице замечено семь опечаток (восьмая сделана на этой самой странице: вместо напечатано стоит – напечано). Труд совершенно напрасный: корректура издания такова, что по семи опечаток можно найти почти на каждой странице.