Солдат

Я знал, что ни один из защитников такого шага не представлял, сколько крови, денег и национальных усилий потребует эта операция. И я чувствовал, что необходимо как можно полнее информировать о всех этих факторах тех, кто имел влияние на принятие решения по столь важному вопросу. Чтобы подкрепить свои предположения фактами, я послал в Индокитай группу экспертов — представителей всех родов войск и служб: инженеров, специалистов по связи, медиков и опытных командиров, которые знали, как оценить местность с точки зрения боевых действий. Они должны были получить ответы на тысячу вопросов, которые никогда не пришли бы в голову всем тем, кто так легкомысленно рекомендовал нам вступить в войну. Какова глубина воды над баром в Сайгоне? Как оборудованы сангонская гавань и доки? Где хранить многие тонны снаряжения и продовольствия, которые понадобились бы нам для обеспечения войск? Насколько хороша дорожная сеть? Каким образом и в каком количестве можно перебрасывать грузы по мере продвижения наших войск в глубь страны Какой там климат? Как велико количество осадков? Каким тропическим заболеваниям могут подвергнуться солдаты в стране джунглей?

Их отчет был исчерпывающим. Эксперты выяснили, что этот район практически лишен всех тех условий, которые современные войска, подобные нашим, считают необходимыми для ведения войны. Линий связи, шоссейных я железных дорог — того, что обеспечивает действия современных армий на суше, — почти не существовало. Портового оборудования и аэродромов мало, а качество их очень невысокое. Для сооружения их в нужном количестве потребовались бы громадные усилия инженерных войск.

Местность представляла собой рисовые поля и джунгли, особенно пригодные для ведения партизанской войны, в которой китайский солдат является большим мастером. Следовательно, каждый небольшой отряд, каждого отдельного специалиста, который попытался бы передвигаться по этой местности, пришлось бы прикрывать пехотинцами. Каждого телефониста, каждую дорожно-ремонтную команду, санитарную автомашину и тыловой пункт медицинской помощи пришлось бы ставить под охрану вооруженного караула, иначе они были бы перебиты в два счета.

Отправившись в Индокитай, мы были бы вынуждены воевать до победного конца. Нам пришлось бы послать туда экспедиционный корпус, составленный из всех видов вооруженных сил, и прежде всего очень крупные сухопутные силы — целую армию, которая могла бы выдержать не только обычное напряжение боевых действий, но я тяжелые потери от тропической жары, лихорадки и других многочисленных болезней, поражающих белого человека в тропиках. И мы не могли бы позволить себе согласиться ни на что другое, кроме решительной военной победы.

Мы могли бы сражаться в Индокитае. Мы могли бы добиться победы, если бы согласились пойти на те громадные расходы людских и материальных ресурсов, которых потребовала бы такая интервенция. Эти расходы в конечном счете были бы столь же велики или даже больше, чем те, которые мы понесли в Корее. В Корее мы убедились, что одними только военно-воздушными и военно-морскими силами нельзя выиграть войну и что малочисленные наземные силы также не в состоянии добиться победы. Мне казалось невероятным так скоро забыть тот горький урок, а теперь мы были на грани повторения прежней трагической ошибки.

Эта ошибка, слава богу, не повторилась. Как только поступил полный отчет об Индокитае, я, не теряя времени, передал его по инстанции, и он попал к президенту Эйзенхауэру. Для человека с его военным опытом — картина немедленно прояснилась. Мысль об интервенции была оставлена. Я убежден, что анализ, произведенный армейскими специалистами и представленный высшим властям, сыграл значительную, возможно, решающую роль, убедив, наше правительство не пускаться в эту трагическую авантюру.

Легко выдумывать заманчивые тактические схемы. Это приятное развлечение может позволить себе какой-нибудь кадет, ибо для этого требуется очень немного военных знаний, но плохо, когда подобная игра затягивает подчас даже офицеров, прослуживших в армии длительный срок. Недостаточно глубокая разработка оперативного замысла редко удерживает от вступления в вооруженный конфликт. Чаще всего избежать войны помогает хладнокровный анализ упрямых фактов, связанных с перевозками и снабжением войск. Спросите себя: «Как я собираюсь перебросить группу «А» из пункта «Б» в пункт «В», как собираюсь снабжать ее там после переброски?» Это заставит вас поглубже задуматься, ибо всегда есть искушение иметь в виду только ту цель, которой хотят достигнуть, и игнорировать тщательное и всестороннее планирование. Это стремление думать о том, что приятно, преобладало в первые дни обсуждения вопроса об Индокитае, преобладало до тех пор, пока армейские специалисты тщательно не изучили местность, а затем не подвергли кропотливому анализу весь вопрос в целом, выяснив все связанные с ним расходы и его последствия.