Солнце в воротах храма. Япония, показанная вслух

В этой сказке мальчик спасает маленькую змейку от случайной беды – и отпускает её на волю. А змейка оказывается заколдованной принцессой, которая потом расколдовывается, спасает мальчика от очередных неприятностей – и забирает его с собой. И поскольку принцесса умеет летать элегантным дракончиком, мальчик улетает на ней в небеса.

Сорок лет спустя китайская сказка, так повлиявшая на юного Хаяо, оказывается вывернутой наизнанку. В «Унесённых», как мы помним, уже девочка Тихиро расколдовывает «белого дракона» Хаку, помогая ему вспомнить собственное имя – принц Кохакуга́ва («Янтарная река»), а потом и улетает на нём неведомо куда. А может, и утопает. С чего бы иначе по волнам так долго мотался её розовый тапочек?

А после «Белой змеи» юный Хаяо посмотрел ещё и «Снежную Королеву». Нашу, советскую, 1957 г. Которую рисовал Фёдор Хитрук, режиссировал Лев Атаманов, а стихи и песни писал Заболоцкий. Сумасшедшее кино даже по нынешним временам.

Снежная Королева – властная, жёсткая, со сталинскими нотками в голосе – произвела на молодого Миядзаки неизгладимое и даже судьбоносное впечатление. Её «мужская версия» даже внешне без труда угадывается в демоне Грюнвальде из «Принца Севера».

Ну, а по характеру (пускай и не внешне) всё то же вселенское властолюбие вполне узнаваемо и в колдунье Юбабе – деспотичной хозяйке бани из «Унесённых призраками». Той самой бани, в которой как раз очищают богов, а вовсе не призраков… Впрочем, о бане разговор ещё впереди.

* * *

Со своей будущей женой, Акэ́ми, 22-летний Хаяо познакомился уже в студии «Тоэй», куда устроился в 1963 г. раскадровщиком. А она была ассистентом режиссёра. С ней Хаяо прожил долгую счастливую жизнь, она подарила ему двоих сыновей – и до сих пор помогает добрым советом во всех его начинаниях.

Теперь, на пенсии, этот трудоголик не может долго выдержать без карандаша в руке. «Жена говорит: сходи в сад, цветочки постриги… Что я там буду постригать? Лучше порисую что-нибудь!» – жалуется он журналистам со своей обычной лукавой улыбкой.

Главным же «боевым товарищем» и рабочим напарником по жизни в том же 1963 г. стал для него режиссёр Иса́о Такаха́та, всего на 6 лет старше него.

Совсем недавно, в 2018 г., Такахата-сэнсэй скончался. После чего Миядзаки впал в затяжную депрессию – долго не видел смысла двигаться дальше без «второго я», без своей правой руки. Всё-таки Миядзаки в этом тандеме был, скорее, думающим художником, а Такахата – рисующим режиссёром. И в этом «летучем тандеме» их таланты и роли распределились практически идеально.

А в том далёком 1963-м оба практически одновременно устроились работать в знаменитую студию – и несколько лет вкалывали там на весьма низкооплачиваемых должностях. Миядзаки, как талантливого художника, наняли раскадровщиком. А Такахата закончил университет по французской литературе – и потому на студии работал «сюжетником», то есть сочинял сценарии. И хотя в официальных титрах того же «Принца Севера» Такахату прописали режиссёром, а Миядзаки – художником, весь фильм они сочиняли и прорисовывали фактически в четыре руки. «Принц» получил очень большое признание публики, и уже тогда Такахату начали называть «японским Диснеем».

Вершиной творчества Такахаты считается «Могила светлячков» (火垂るの墓 хота́ру-но ха́ка, 1988 г.) – трагичная, но потрясающе красивая сага о брате с сестрёнкой, блуждающих по руинам Японии в последние дни войны.

Сегодня эта картина включена в японскую школьную программу для обязательного просмотра.

Но тогда…

А тогда, в начале 1960-х – просто жили-были на свете два неразлучных приятеля, эдакие «японские хиппаны». Всякий раз, оказавшись вдвоём, они тут же наэлектризовывали друг друга очередными идеями, после чего не могли усидеть на месте – и постоянно что-нибудь затевали. Например, осмелились встать на защиту своих коллег в престижной полугосударственной компании «Тоэй».

А ведь это – приблизительно как наш «Союзмультфильм». На таких предприятиях, да ещё в послевоенное время, всё очень строго. Денег не дают, но давят на сознательность. «Работаем за три копейки, за плошку риса, восстанавливаем страну! Нечего клянчить большие зарплаты!» – и так далее. В общем, закручивали работягам гайки со всех сторон, да так, что и пожаловаться некому.

И тогда два марксиста, Такахата и Миядзаки, создали профсоюз.

Миядзаки стал его председателем, а Такахата – заместителем. И давай защищать права работников.

Разумеется, у наших борцов за всё хорошее тут же начались «тёрки» с администрацией. Всё, что они продолжали снимать, начальство тут же задвигало в долгий ящик – так, что ещё с десяток лет об их фильмах никто ничего не слышал. В общем, попортили себе и кровь, и карьеру, и репутацию.