Соловки. Документальная повесть о новомучениках (СИ)

Здесь, на Соловках, развитие монашествующих пойдет по — другому, чем где-нибудь в монастыре средней России, ибо жизнь на Севере — непрестанный духовный рост. Если его нет — значит, смерть. Смерть духа. Чтобы достойно принимать такую энергию, ни на секунду нельзя снижать внутренней высоты. Поэтому на Севере можно жить только в молитве, а ныне, на исходе XX века, после всех страшных событий истории, в молитве за мучеников, число коих неисчислимо. В противном случае человек будет испытывать колоссальное давление Света, соответствовать которому он неспособен, и Свет сотрет его, как букашку.

 Деревянная часовня на месте, где на сосне явилась чудотворная икона Пресвятой Богородицы, именуемая Сосновская. С рисунка XIX в.

Может быть, поэтому так мало желающих работать у Полярного круга? И вдвойне нужны сегодня крепкие воины Христовы, желающие участвовать в возрождении славы Северного Афона, да станет, как встарь, оплотом Земли Русской!

***

«В Соловках-то у нас теперь совсем ночи не бывает. Окунется солнце в студеное окиян — море и сейчас же опять на небушко ползет. Птицы Божьей — чайки белой налетело видимо — невидимо. Благословенная пташка. Под застрехами у нас птенцов выводит, ручные, будто куры. А дебрь вся птичьими голосами осанну Творцу поет. Благодать. Прохлада. Покой. О жизни вечной колокола скитские повествуют. Березки — как невесты разумные, в ризы пресветлые облекаются. А в святую ночь Пасхальную ударит торжественный колокол у собора Преображенского «Христос воскресе» и ответят скитские колокола с Живоносного, Валдая — скита, Савватиева, островов Заяцких семь колокольцев: «Воистину». Выйдут старцы пустынные из келий земляных сокровенных и облобызают землю и возвестят благую весть и зверю, и птице, и деревам, и гадам ползучим. В ночь светлую сегодняшнюю на всех островах обитательских у всякой твари мир и ликование. Ни один зверь в эту ночь меньшого не обидит. Свято на островах обительских… И несется благовест торжественный обители Соловецкой через студеные моря, дремучие леса, болота топкие по всей земле Русской до самого Китежа — града. Услышат во Китеже благую весть и ответствуют всеми колокольцами своими: «Воистину». И бежит и расточается вся нечисть земная, хороводятся лешие в вертепы лесов Уренских, Керженских, поныряют русалки в омуты Кеми, реки жемчужной. И ложится запрет им смущать человеков, и нету силы им до самой Пятидесятницы»^[32].

Да сбудется, Господи, слово вещее, слово каторжника соловецкого. Да сгинет нечистая сила земная, да сгинет из наших душ, назначенных к построению храма.

К концу своей долгой жизни Б. Ширяев задумался, для чего он писал свою книгу: в память ли тех, что живот положили за древнее благочестие, или во имя новых мучеников, заклавших за Русь Грядущую?

Пусть жизнь сама даст ответ.

Во славу Божию.

Июль — октябрь 1990 года

notes

Примечания

1

В XIV в. Соловецкие острова принадлежали Марфе Борецкой, отсюда частые поездки Св. Зосимы в Новгород. Однажды он предрек гибель всему дому Посадницы. Вскоре вольный город пал, Соловки переходят во владение Московского Государя.

Духовная сила северной твердыни быстро распространяется по Отечеству, питая его. Соловецкими постриженниками были такие иерархи Российской церкви, как патриархи Иоасаф I и Никон, митрополиты Исидор Новгородский, Илларион Псковский, Игнатий Тобольский, Рафаил Астраханский, Иов Новгородский, архиепископы Маркелл Вологодский, Варсонофий Архангелогородский. Молитвами Св. Угодников Зосимы и Савватия источник благодатной жизни здесь никогда не прерывался, хотя в истории архипелага были страницы поистине трагические.

Про Соловки 1918—20 гг., когда во главе Верховного Управления Северной Области встал эсер Н. В. Чайковский, мало что известно, кроме того, что монастырь оставался монастырем и насчитывал около 300 монахов. В 1921 г., как во многих обителях, здесь образовалась сельскохозяйственная артель, но чекисты уже положили глаз на богатые беломорские острова. В 1922 г. ВЧК упраздняется, создается ГПУ. В этом же году сюда начинают перевозить заключенных из лагерей на материке, которые сегодня называются тюрьмами правительства Чайковского — на самом деле это предтечи СЛОНа. Поначалу в эти застенки попадали далекие от политики печерские, пинежские, мезенские мужики, потом туда стали свозить «золотопогонников» и «каэров» со всей страны. Лагеря «основного назначения» располагались частично в устье Северной Двины (остров Мудьюг), частично в Холмогорах и Пертоминске. Начальствовал над ними А. П. Ногтев (1892–1946), бывший матрос «Авроры».