Сон великого хана. Последние дни Перми Великой

   Юродивый не договорил и смолк. Слабость овладела им, свет выкатился из очей -- и он лишился чувств...

   -- Чудны дела твои, Господи! -- шептал владыка, выходя из странноприимницы, где оставался Федор-торжичанин под присмотром инока Матвея. -- Устами убогого человека открываешь Ты будущее! Да, погрязли мы в грехах. Молиться, молиться нам надо. Но какой же воитель грядет? Не хан же Тохтамыш Кипчакский? С ним в дружбе великий князь состоит. Ужли Тимур Чагатайский? Слыхать, у него воинство несметное и за тридесятью землями он живет. Неужли он ополчается?..

   Киприан не успел дойти до церкви Рождества Богородицы, где он хотел отстоять всенощное бдение, как из Кремля во весь дух примчалась крытая повозка-каптана, и сопровождавший ее дьяк объявил, что "владыку милостивого" немедля же просят пожаловать во дворец.

   Киприан сел и поехал.

IV

   Немного времени спустя после того, как взбешенный великий князь "учинил рукопашную расправу" над обличавшим его Федором-торжичанином, со стороны рязанской дороги въехали в Москву восьмеро запыленных всадников на взмыленных, шатавшихся от усталости конях и поскакали к Кремлю, оглашая воздух гортанным говором и криком.

   -- Татары, татары валят! -- заговорили кругом, когда всадники втянулись в узкие улицы города. -- И чего они торопятся так? Ишь, как гонят лошадей, плетками машут, галдят! Точно на пожар, право!.. Да это посол ханский, никак?

   -- Какой посол! -- возражали другие, более знакомые с видом и дорожными обычаями монголов. -- Это не посол, а гонец какой-то с товарищами. Послы не так ездят, с послами много людей наезжает. А тут только шестеро татар: двое-то, видишь ты, русские...

   -- А для чего это русские-то люди с татарвой сошлись? -- недоумевали некоторые, не понимая возможности объединения неверных с православными.

   -- А для того и сошлись, что надо так. Это, полагать надо, рязанцы. А Рязань с Ордою дружит. Вот князь-то рязанский и дал их в проводники татарве поганой. Рязанцы завсегда татар до Москвы провожают...

   Всадники неслись по улицам, и народ с любопытством глядел им вслед, строя догадки: откуда и зачем наехали татары, сопровождаемые двумя русскими?..

   Вид татар, проскакавших, должно быть, не одну сотню верст без отдыха, был довольно жалок. Халаты на них протерлись и продрались во многих местах, шаровары на коленках дали трещины, откуда выглядывало грязно-бурое татарское тело. Лица татар, смуглые, скуластые, с узкими, косоразрезанными глазами и реденькими волосками на нижней губе вместо бороды, выражали полное изнеможение, но они еще, видимо, бодрились и лихо посвистывали на лошадей. Спутники их, рязанцы, были в обычном воинском наряде и имели менее изнуренный вид, хотя и на них отразилась утомительная дорога от рязанских пределов до московского стольного града...

   Немного не доезжая до Кремля, рязанцы осадили коней. Остановились и татары. Рязанцы обернулись к ним и спросили ехавшего впереди татарина:

   -- Куда ж пристать нам, князь Ашарга?

   -- В Кремля! В Кремля! -- замахал тот руками, говоря на ломаном русском языке. -- Я грамотка ханской везет!.. Я ярлык везет!.. Я гонец хана!..

   -- Ну, так и поедем "в Кремля", только какова-то встреча будет!.. -- усмехнулся один из рязанцев и пустил своего коня к ближайшим кремлевским воротам, гостеприимно открытым настежь. Остальные последовали за ним.

   -- Стой! Куда? -- закричали охранявшие ворота московские воины, решительно загораживая дорогу. -- Что надо?

   -- Я -- гонец хана Тохтамыша! -- ткнул себя в грудь князь Ашарга, важно подбочениваясь в седле. -- Я ярлык ханская везет до князя Василия! Прочь с дороги!..

   -- Это посланец хана Тохтамыша Ордынского, князь Ашарга, -- пояснили рязанцы, сурово поглядывая на москвитян. -- Он грамотку ханскую привез, сиречь цидулку князю вашему... Проведите нас во двор княжий.

   -- Э, не спеши, прислужник прислужников ханских! -- тряхнул головою старший из воинов, не упустивший случая кольнуть рязанцев "прислужничеством" их перед татарами. -- Поспешишь -- людей насмешишь, есть пословица. Перед татарвой мы не больно-то трухаем...

   -- А ты не кобенься! -- рассердился рязанец постарше. -- Видали мы вашего брата!.. Князь Ашарга по важному делу приехал. Дома ли князь великий?

   -- Може, дома, а може, и нет! -- не терял своего заносчивого вида москвитянин. -- Не жалуют нынче у нас татарву некрещеную. Москва -- не Рязань богопротивная.

   -- Москва Рязани не указка! -- отрезал рязанец. -- Наш славный князь Олег Иванович не щедротами московскими живет. И мы от Москвы благ не видим... Веди скорей нас на княжий двор...

   -- Не спеша, не спеша, птица рязанская! И поважнее люди у нас по суткам у кремлевских ворот стоят! А татарва поганая да рязанщина богопротивная и подавно постоят!..