Сорокина

— Помните, — оглянулась и понизила голос Мильонщикова, — однажды весной мы обратили внимание…

Молчали. В городе светлелись под непогасшим небом фонари.

Расстались нескоро:

— Эти звезды, — показала Сорокина, — называются Сэптэнтрионэс…

Отец, приподняв брови, думал над пасьянсом. Мать порола ватерпруф. Сорокина раскрыла книгу из библиотеки.

Тикали часы. Били. Тикали.

Собака за окном лаяла по-зимнему.

— «Дориан, Дориан», — там и сям было напечатано в книге:

— «Дориан, Дориан».