Социальная философия: учебник для вузов

Техника является древнейшим социальным феноменом. И можно вполне понять Эрнста Каппа, который свою книгу, возвестившую о появлении философии техники (1877 г.), препроводил эпиграфом: «Вся история человечества при тщательном рассмотрении сводится в конечном счете к истории изобретения все лучших орудий труда» [47] . В первоначальном, древнегреческом варианте под техникой (от «тэхнэ») имелись в виду любые искусство, мастерство, умение. Со временем понятие « техника » отдифференцировалось от такого беспредельно широкого значения и стало обозначать созданные людьми орудийные средства для осуществления процессов материального производства и обслуживания духовных, бытовых и других непроизводственных потребностей общества. С техники, пускай и примитивной, начался человек, развивая технику он становится животным и общественным, и разумным. В техническом творчестве проявляется уникальная способность человека материализовывать свое мышление, опредмечивать его. В своем техническом творчестве человек-изобретатель ( Homo faber ) не просто копирует природу, а именно изобретает, т. е. создает такие артефакты [48] , которые не имеют аналогов в природе (начиная с колеса и кончая лазером).

В истории отношения общества к им же создаваемой технике, оценки ее места и роли, прослеживаются периоды – эпохи – различные по своему социально-психологическому и идейному содержанию, по своим корням и истокам, по своей продолжительности.

Эпоха зарождения техники и ее первых великих успехов была и эпохой оптимистического отношения к технике. У человека не было еще опаски и тревоги, а тем паче страха перед техникой. Более того – в ней он видит мощнейшее и к тому же единственное средство своего возвышения. Этот важный элемент мироощущения и социально-психологического настроя древних запечатлен и в мифе о Прометее, и в мифе о Дедале и его сыне Икаре, и в ветхозаветном сюжете, связанном со строительством Вавилонской башни. Отношение к технике принципиально меняется в условиях Средневековья с его засильем церкви и религиозного сознания. Технотворчество – дело богохульное, ибо все, что возвышает человека, уничижает Бога. Вот почему среди жертв инквизиции так много изобретателей, обвиняемых в союзе с «нечистой силой». Оптимистическая вера в технику вновь восстанавливается в своих правах с наступлением эпохи Просвещения. Технический прогресс представляется философам, в принципе отражавшим настрой обыденного сознания, непрерывно действующем и главным фактором совершенствования общества, его коренного преобразования. Начиная уже с «Новой Атлантиды» Фрэнсиса Бэкона (1624) техника непременно присутствует во всех социальных утопиях в качестве материальной основы желаемого общества.

Надлом в долгосрочном технологическом оптимизме даст о себе знать в уже упоминавшейся книге О.Шпенглера «Закат Европы», где цивилизация с ее техническим прогрессом будет объявлена разрушающей стадией в развитии культуры. Правда, предупреждающие громы двух мировых войн вроде бы были забыты в первые десятилетия научно-технической революции (пятидесятые-семидесятые годы). Эйфория ее успехами, да и всеми предшествующими техническими инновациями, казалось, отодвинула на задний план опасения и тревоги. И это вполне объяснимо: ведь по сути дела при жизни одного поколения широко вошли в производство, быт, науку и образование радио, автомобиль, самолет, телевидение, автоматизация, компьютерная, атомная и космическая техника.

Однако с семидесятых годов эта эйфория все больше сменяется технологическим пессимизмом, техника громогласно объявляется тем «злым демоном», который неподвластен человеку и неизбежно погубит его. Создается такое впечатление, что в течение многих веков философское, а тем более обыденное, сознание не обнаруживало объективных противоречий между обществом и человеком, с одной стороны, и техникой и технологией, с другой (мы имеем в виду наиболее распространенные представления, а не отдельные провидческие точки зрения). И вдруг – прорыв к пониманию, причем не просто противоречий, но самого настоящего антагонизма. В действительности же перед нами итог очень трудного процесса, познания ускоренного реалиями наших дней, т. е. экологическими и социальными последствиями научно-технической революции.

Относительная самостоятельность техники

Нетрудно заметить, что и технологический оптимизм и технологический пессимизм имеют одно философское основание – техницизм, при котором отношения между обществом и техникой предстают в превращенном виде, техника рассматривается как сила, неподвластная обществу, более того – как вершитель его судеб. В философской концепции техницизма преувеличивается и возводится в абсолют относительная самостоятельность феномена техники и закономерностей его развития.