Социальная философия

В силу этих особенностей аналогии в обществознании принимают форму исторических параллелей. Уже сам термин «исторические параллели» как бы протестует против представления о полном совпадении, абсолютном повторении общественных явлений. События, поразительно аналогичные, но происходящие в различной исторической обстановке, приводят к совершенно различным результатам. Вот почему использование метода исторических параллелей предполагает предварительную разработку важнейших принципов типизации общественных явлений. И хотя задача эта в нашей философской и историко-методологической литературе еще далеко не решена, некоторые из них уже бесспорно выявлены. Это прежде всего наличие у сравниваемых явлений однотипной социально-экономической или технико-технологической почвы, а если речь идет о разных формациях или разных ступенях цивилизации, их принадлежность к однопорядковым эпохам (скажем, к эпохе становления новой формации). Можно указать и на принцип сходства политической обстановки и размежевания общественных сил[219].

Метод исторических параллелей — это метод, применяемый прежде всего при обобщении прежнего исторического опыта в его сопоставлении с сегодняшним. Он помогает нам в познании «вертикальных стволов» истории, но он недостаточен для полного и всестороннего познания разветвленной системы ее «горизонтальных стволов», то есть общего и особенного в развитии различных государств и народов на данном историческом этапе. Достоверная картина исторического прошлого и настоящего предстает перед нами только при одновременном использовании всей системы методов социального познания.

3. Социальное предвидение

Сущность научного предвидения

В своей целеполагающей деятельности, из которой складывается история, человек всегда стремился постичь будущее. Его не могли и не могут не волновать судьбы своей страны, своего народа, своя собственная судьба. Особенно обострился интерес к будущему в современную эпоху в связи со становлением информационно-компьютерного общества, в связи с теми глобальными проблемами, которые ставят под вопрос само существование человечества. Обострение же этого интереса привело к настоящему футурологическому взрыву. Философы, социологи, экономисты, историки пытаются охватить будущее во всем его широком диапазоне — от проблемы «вызова 2000 года» до проблемы существования человечества в течение «следующего миллиона лет», как об этом писал Чарльз Гальтон Дарвин — правнук великого биолога.

Что же представляет собой предвидение (речь пойдет, разумеется, о предвидении научном в отличие от астрологического, хиромантического и т. д.)? Какова его природа и сущность?

Нередко предвидение связывают с «опережающим отражением действительности», открытым в свое время одним из крупнейших физиологов XX века П. К. Анохиным. Между тем у П. К. Анохина речь идет об «опережающем возбуждении», присущем всему биологическому миру — не только животному, но и растительному. Попытка прямого выведения из этого свойства способности человека и общества в целом к прогнозированию представляет собой, на наш взгляд, наглядный пример упрощающей редукции, механического сведения социального к биологическому. Живой организм способен «предвидеть» результат развертывания такой цепочки событий, которая реализовывалась уже неоднократно (так, например, дерево, «предвидя» наступление мороза, сбрасывает листья). Человек же в процессе предвидения имеет дело не только с объектами, которые не существуют или не наблюдаемы в данный момент, но и с такими, с которыми он вообще еще никогда не встречался.

Таким образом, с объяснением природы социального предвидения все обстоит гораздо сложнее. Даже рассматривая предвидение как свойство человеческого сознания, развившееся в процессе общественной практики, мы еще не до конца расставляем все точки над «i». Наверное, надо сказать более определенно: предвидение (тем паче научное) есть функция не индивидуального, а общественного сознания. Даже в своем индивидуальном предвидении, основанном, казалось бы, на чисто личном эмпирическом опыте, человек не может быть свободным от фактологической и генерализующей информации, заложенной в сознании общественном. Общественная природа предвидения особенно рельефно предстает перед нами в научном предвидении, предпосылками которого являются такие продукты общественного духовного производства, как гипотезы, законы, теории. В научном предвидении нет ничего мистического, оно представляет собой такое знание о неизвестном, которое основывается на уже известном знании о сущности интересующих нас явлений и процессов и тенденциях их дальнейшего развития.

Следует подчеркнуть принципиальные отличия научного предвидения от пророчества и утопизма.