Социология власти. Теория и опыт эмпирического исследования власти в городских сообществах

социальные организации и независимые структуры влияния, действуя аналогично другим организациям, защищающим свои (корпоративные) интересы[359]. Сегментированный характер имело и влияние религиозного сектора; даже в Кордобе, где данный сектор был в числе самых влиятельных, общественно-политическая активность и влияние церкви касались в основном ограниченного набора проблем (контроль за рождаемостью, религиозные праздники и др.) [Ibid.: 224]. Таким образом, не только в западных, но и в латиноамериканских городах структура власти в целом соответствовала конусной модели: несмотря на сильное влияние военных и католической церкви, политическая арена оставалась достаточно свободной для участия различных акторов (партии, организации бизнеса, образования, представители государственного управления и др.), а структура лидерства – фрагментарной.

Как складывается и функционирует конусная модель власти? Хотя в каждом городе сложное взаимодействие топ-лидеров, влиятельных акторов, организаций и институтов обусловливает различные паттерны принятия решений, в структуре власти всех городов есть ряд общих моментов. Во-первых, особую роль играют топ-лидеры, на которых ориентируются остальные акторы при решении важнейших проблем[360]. Во-вторых, имеется определенный набор организаций и институтов, участвующих в инициации и реализации решений[361]. В-третьих, значительная группа влиятельных людей и лидеров второго уровня осуществляют поддержку инициатив топ-лидеров и активно участвуют в различных сферах городской жизни. Все это в единстве и образует конус, верхнюю часть которого образуют топ-лидеры (см. рис. 2).

Рис. 2. Кольцевая, или конусная, модель [Miller, 1970: 16]

Изменения в институциональной принадлежности лидеров и в конфигурации наиболее влиятельных организаций могут произойти лишь в случае, если изменится институциональная структура власти в сообществе (распределение власти и влияния между его различными институциональными секторами); последняя, в свою очередь, зависит от институциональной структуры общества. Поэтому можно говорить о наличии определенных закономерностей в развитии власти на городском уровне [Miller, 1970: 223–225].

Наиболее важным фактором, определяющим характер и специфику структуры власти в городских сообществах, является социальная стратификация, которая, как уже отмечалось ранее, определяет сравнительные возможности разных классов и социальных групп, их электоральный потенциал, ресурсы политического влияния, систему ценностей, основания партийно-политического кливиджа, состав различных организаций общности и др. Рассмотрение властных отношений во взаимосвязи с основными социальными расколами дает возможность Миллеру вписать их в общий контекст функционирования общественно-политической жизни города, в которой осуществляется сложное взаимодействие экономических, политико-государственных и социальных факторов с властной структурой.

Рис. 3. Распределение высшего, среднего и низшего классов в четырех городах [Miller, 1970: 226]

Важнейшим индикатором социальной стратификации для Миллера является соотношение долей высшего, среднего и низшего классов (см. рис. 3). Если во всех городах высший класс составляет очень незначительную часть населения, то пропорции среднего и низшего класса существенно различаются. В Сиэтле имела место высокая доля среднего класса и относительно невысокая (в сравнении с другими городами) доля низшего класса. В Лиме ситуация прямо противоположная, а показатели Бристоля и Кордобы оказались где-то посередине. Миллер подчеркивает, что именно средний класс обеспечивает основную поддержку центристской или левоцентристской политике при одновременном уважении к демократическим институтам, в то же время левая политика опирается на низший класс и отражается в требованиях земельной и налоговой реформ, национализации, повышения роли профсоюзов и т. п. или в призывах к революции. В целом же «паттерны стратификации дают ключ к объяснению многих политических и экономических движений и природы социального контроля, осуществляемого для поддержания закона и порядка» [Ibid.: 225].