Советские партизаны. Мифы и реальность

Первоначально Верховный суд Латвии признал обвинения недостаточно обоснованными и обвиняемого в апреле 2001 года оправдал. Но после протеста генеральной прокуратуры дело было направлено на доследование, после чего Верховный суд Латвии приговорил Кононова в апреле 2004 года к 1 году и 8 месяцам тюрьмы за военные преступления (несмотря на то, что обвинение требовало 12 лет). В связи с истечением срока наказания (так как Кононов уже успел отбыть его), подсудимого тут же, в зале суда, освободили из-под стражи.

С точки зрения представителя обвинения дело не стоило выеденного яйца, так как к моменту суда собранного материала вполне хватало для вынесения однозначного приговора. Сам Кононов ничего не отрицал и не скрывал, так как считал, что 60 лет назад действовал абсолютно правильно.

27 мая 1944 года отряд под командованием Василия Кононова вошел в латвийскую деревню Мазие Бати (Малые Баты), где убил 9 жителей деревни (пятерых партизаны расстреляли, четверых сожгли заживо, в том числе беременную женщину) якобы за то, что они тремя месяцами раньше (в феврале) выдали немцам 12 партизан.

Однако Конононов все время твердил о «предательстве» латышами советской власти. Так в латышском суде впервые юридически столкнулись правовая позиция государства, относительно недавно вернувшего себе независимость от СССР, и представителя этого самого СССР.

Кононов родился 1 января 1923 года в селе Страуя Лудзенского района Латвии, и на этом основании считался коренным гражданином Латвии. В действительности он представлял ту самую русскоязычную «пятую колонну», которую Петербург насаждал в Прибалтике с XVIII века. Сталин это дело продолжил, поэтому его подручные (такие как Берия и Меркулов) осуществляли массовые депортации жителей Прибалтики в Сибирь и Казахстан — на вымирание. Политика была простой: коренных жителей трех прибалтийских республик — в Сибирь, русских — в Прибалтику. Вот почему в Латвии ныне едва ли не половина населения является русскоязычной.

С точки зрения советской Кононов действительно неподсуден — он ведь уничтожил «пособников оккупантов» — категорию, придуманную в Политбюро ЦК ВКП(б), и этим же Политбюро приговоренную к уничтожению. Именно таким уничтожением занимались все советские партизанские отряды от Балтийского моря до Черного.

Да вот беда — под марку «пособников» можно было в годы войны подвести практически все население Латвии. Напомню — государства Балтии к началу операции «Барбаросса» являлись фактически оккупированными СССР и никто на Западе эти сталинские «приобретения» официально не признавал. Смешно думать, что оккупированные Москвой латыши за один год (с 20 июня 1940 по июль 1941 гг.) успели превратиться в ярых приверженцев советской власти. Скорее они успели искренне ее возненавидеть. Поэтому термин «коллаборационисты» применительно к латышам, ненавидевшим советскую (московскую!) власть и «сотрудничавшим» с режимом нацистов (то есть продолжавшим нормально жить вместо того, чтобы заниматься саботажем и диверсиями) звучит абсурдно.

Коллаборационистом в этой ситуации являлся сам Кононов — гражданин Латвии, но поборник советского режима — оккупационного для Латвии.

Отделался полковник запаса сравнительно легко. Тени убитых в Мазие Бати душу его не тревожили (да и была ли душа у этого нелюдя?), зато беспокоил нежданно-негаданно свалившийся на голову титул «военного преступника», а потому ветеран обратился за защитой… к проклятым буржуям — в суд по правам человека в Страсбурге.

В. Кононов в годы войны.

В.М. Кононов со своим иском попал в яблочко — «жирные европейские коты» оказались в двусмысленной ситуации. Признать правоту Верховного суда Латвии означало создать прецедент, подрывающий основы конструкции созданного после войны «нюрнбергского гламура» — с очень грязным нацизмом в противоположность очень чистому антифашизму. Ведь тогда могли последовать иски против бойцов «Сражающейся Франции» (которые, как отмечал Г. Уильямсон в книге «СС — инструмент террора» совершили ряд военных преступлений), против итальянских, греческих, югославских и других бывших партизан. Что уж говорить про СССР, правопреемницу которого — Российскую Федерацию, «жирные европейские коты» в тот момент видели своим политическим другом (в смысле — поставщиком энергоносителей и рынком сбыта всевозможного барахла) на веки вечные. Они ведь еще не догадывались о предстоящей аннексии Крыма.

А потому Европейский суд по правам человека в Страсбурге 24 июля 2008 года вынес решение в пользу Кононова и постановил выплатить ему компенсацию в размере 30 тысяч евро (полковнику запаса 30 тысяч оказалось мало, он назвал эту сумму «издевательством»)[72].

В.М. Кононов с российским флагом в руке. Однако уехать в Россию из буржуазной Латвии он отказался.