Советские партизаны. Мифы и реальность

Серьезную ошибку совершают современные исследователи партизанского движения, когда принимают на веру одну из популярных сказок советской историографии и пропаганды. Ее суть в том, что в 1930-е годы существовали хорошо подготовленные кадры партизан, предназначенные для действий в тылу врага в случае его нападения на территорию СССР. А Сталин эти кадры частью перестрелял, частью пересажал.

Илья Старинов, которому в современной России присвоили — незаслуженно — титул «короля диверсантов», под конец своей долгой жизни говорил и писал примерно то же самое: «Да, были у нас хорошо подготовленные профессиональные партизанские кадры; вломили бы они немцам как следует, если бы Сталин их всех не репрессировал».

На самом деле это миф. Но миф популярный. Например, вот что пишет Владимир Лемешонок в своей статье «Партизанское движение в Великую Отечественную войну» /«Энцыклапедыя гісторыі Беларуси», том 5, Минск, 1999, с. 413):

«Подготовка к партизанской борьбе на случай нападения фашистской Германии началась еще в 1930-е годы. Она включала создание законспирированной сети диверсионных групп, диверсантов-одиночек (…) западнее линии укрепленных районов, организацию и подготовку маневренных партизанских отрядов и групп, обеспечение партизанских формирований средствами связи и другими материалами, необходимыми для борьбы и жизни в условиях вражеского тыла.

В Беларуси подготовкой к партизанским действиям занимались партийные органы и командующий войсками БВО И.П. Уборевич. Были созданы 6 партизанских отрядов (Полоцкий, Минский, Слуцкий, Мозырский, Борисовский, Бобруйский) по 300–500 человек каждый. В них входили коммунисты, комсомольцы, участники гражданской войны, которые прошли специальное обучение в закрытых школах. Во главе каждого отряда был штаб из опытных руководителей (командиры К. Орловский, С. Ваупшасов, В. Корж, С. Макаревич, А. Рабцевич, А. Спрогис). Для каждого отряда в лесах были заложены замаскированные базы оружия, боеприпасов, снаряжения, продуктов (…).

Однако из-за необоснованных репрессий в 1937—38 гг. многие подготовленные партизанские командиры и военные специалисты были уничтожены (уцелели те, кто в то время находился на войне в Испании); отряды расформированы, ликвидированы все базы оружия и боеприпасов».

Сразу возникает вопрос: где находились эти укрепленные районы? И почему сеть диверсионных групп развертывалась западнее, а не восточнее их?

Ответ: начиная с 1928 года в европейской части СССР за 7—10 лет вдоль линии государственной границы были построены 24 укрепленных района, в том числе 4 в БССР: 61-й Полоцкий, 63-й Минский, 67-й Слуцкий, 65-й Мозырский.

БССР, как часть СССР, в то время граничила с двумя государствами — Латвией и Польшей. Граница с Германией появилась только в октябре 1939 года, после захвата территории Польши вооруженными силами Германии и Советского Союза. Следовательно, ни о каком нападении нацистской Германии на СССР не могло быть и речи. Да и нацисты пришли к власти только в 1933 году (фашисты были в Италии, тогда как в Германии — нацисты. Это не одно и то же).

Вывод может быть только один, без всяких «если бы» или «вероятно». Диверсантов и партизан военно-политическое руководство СССР готовило в 1930-е годы для действий на территории других стран, а не временно оккупированной своей. С севера на юг, по порядку, это Финляндия, Эстония, Латвия, Польша и Румыния. Общих границ с Летувой, Германией, Чехословакией и Венгрией у Советского Союза тогда еще не было.

Отметим, что во второй половине 1920-х годов в СССР была начата целенаправленная подготовка вооруженных сил к наступательной войне в Европе. В связи с этим Генштаб РККА разработал теорию «глубокой наступательной операции»[1]. Эта «сверхнаступательная» теория не предусматривала никаких оборонительных мероприятий. Как свидетельствуют военные историки, само понятие «оборона» было надолго изгнано из советских уставов и наставлений. Поэтому летом 1941 года застигнутые врасплох подразделения Красной Армии вместо того, чтобы обороняться, непрерывно пытались сами атаковать или контратаковать наступавшего противника. Их так учили: в приграничном встречном сражении завоевать инициативу и дальше громить врага «малой кровью, могучим ударом» (тем более, что враг, по словам политруков, хотя и подл, но всегда труслив).