Советский граф Алексей Толстой

Противником войны был тогдашний председатель Совета министров – В. Н. Коковцов, но Николай II решил расстаться с ним в январе 1914 года. Теперь стало легче оказывать влияние на императора таким безответственным людям, как генерал В. А. Сухомлинов (в 1917 году он будет привлечен к суду за неподготовленность русской армии к войне и приговорен к пожизненному заключению). П. Н. Милюков вспоминал: «Когда 12 марта 1914 г. Сухомлинов в анонимной статье “Биржевых ведомостей” повторил свое хвастовство, что Россия “готова”, Пурталес (посол Германии в России. – Е. Н.) назвал это “фанфаронадой”; так смотрела и вся Россия, негодовавшая на министра за эту провокацию». Лидер кадетов имеет в виду статью «Россия хочет мира, но готова к войне», опубликованную без подписи в вечернем выпуске «Биржевых ведомостей» 27 февраля 1914 года. В ней говорилось: «Мы получили из безупречного источника сведения, не оставляющие сомнений, что Россия… не думает о войне, но готова ко всяким случайностям… идея обороны отложена, и русская армия будет активной».

В Российской империи были рассуждающие здраво политики. В феврале 1914 года член Государственного совета П. Н. Дурново направил Николаю II записку. Бывший министр внутренних дел пытался убедить царя в том, что жизненные интересы России и Германии нигде не сталкиваются, чего нельзя сказать в отношении Великобритании. Именно она в прошлом помешала нам овладеть проливами, ведущими в Средиземное море. Она же не позволит сделать это и теперь. П. Н. Дурново писал:

«…Англо-русское сближение ничего реального для нас до сего времени не принесло. В будущем оно неизбежно сулит нам вооруженное столкновение с Германией». В нем главная тяжесть выпадет на долю России, «так как, – считал член Государственного совета, – Англия к принятию широкого участия в континентальной войне едва ли способна, а Франция, бедная людским материалом, при тех колоссальных потерях, которыми будет сопровождаться война при современных условиях военной техники, вероятно, будет придерживаться строго оборонительной тактики».

Расчеты наших союзников для трезвомыслящего политика были очевидны: пусть Германия и Россия дерутся, а мы потом займемся дележом победного пирога. П. Н. Дурново рассмотрел два возможных варианта окончания будущей войны: победный и проигрышный. Ни один из них ничего хорошего России не сулил. Член Государственного совета писал:

«То немногое, что, может быть, удастся с нее урвать, придется делить с союзниками, и на нашу долю придутся ничтожные, по сравнению с военными издержками, крохи. А между тем военные займы придется платить не без нажима со стороны союзников. Ведь, после крушения германского могущества, мы уже более не будем им нужны… Но в случае неудачи, возможность которой, при борьбе с таким противником, как Германия, нельзя не предвидеть, – социальная революция, в самых крайних ее проявлениях, у нас неизбежна».

К сожалению, записка П. Н. Дурново не была принята во внимание.

Война

В первые дни войны в России господствовали «патриотические» настроения. Не избежал их и А. Н. Толстой. В августе 1914 года он писал отчиму: