Советский квадрат: Сталин–Хрущев–Берия–Горбачев

Горбачёв продолжил бессвязные рассуждения дальше:

«Хотя, я вам скажу, историки знают и могли бы вам сказать: вот то-то происходило, двигались навстречу две мощные силы, и на каких-то рубежах, так сказать, это соприкосновение совершенно остановилось. Что-то лежало в основе. Но это пока рассуждения. Поэтому тут требуется разбирательство, анализ всех документов, всей той ситуации, как она шла. Это не простой вопрос, но раз он есть, уходить, уклоняться, я думаю, не нужно… давайте браться и изучать»[253].

Когда рухнул Советский Союз, из сейфа аппарата президента СССР была извлечена и раскрыта «Особая папка», в которой обнаружились искомые документы[254].

Политика гласности в сочетании с экономической свободой и демократическими выборами, с множеством находящихся в равных условиях кандидатов привели к непредсказуемым результатам: к самоликвидации Организации Варшавского договора, выводу советских войск из Венгрии и Чехословакии, провозглашению государственного суверенитета советских республик и Беловежским соглашениям, похоронившим Советский Союз. В декабре 1991 года советская империя рухнула. Хотел Горбачёв этого или нет, но он замкнул советский квадрат, став первым и последним Президентом СССР.

Тридцать шесть лет спустя

Представим теперь, что Горбачёв забыл о печальных уроках низвержения Берии и попытался начать модернизацию системы с той же решительностью и поспешностью, как его неудачный предшественник. Гнить ему на Лубянке и черкать слезливые письма на манер тех, что писал Берия. Давайте пофантазируем и обнародуем его письма, взяв за основу письма Берии.

В них автор рискнул сделать некоторые изменения – фамилии членов Политбюро, избранных на XIX съезде КПСС, изменены на избранных XXVII съездом. Фамилия Сталина изменена на Брежнева. В письмах сделаны незначительные сокращения, а изменённые слова выделены жирным шрифтом. Стиль и грамматические ошибки сохранены – надо учесть состояние, в котором Берия их писал. Сказалось отсутствие очков и слабый свет. Вспомним, что и Горбачёв пользовался очками…

№ 1

В ЦК КПСС

Товарищу Лигачёву

Дорогой Егор!

Я был уверен, что из той большой критики на президиуме я сделаю все необходимые для себя выводы и буду полезен в коллективе. Но ЦК решил иначе, считаю что ЦК поступил правильно. Считаю необходимым сказать, что всегда был беспредельно предан партии Ленина – Брежнева, – своей родине, был всегда активен в работе.

…Прошу Товарищей Лигачева Егора, Громыко Андрея, Соломенцева Михаила, Щербицкого Владимира, Чебрикова Виктора, Воротникова Виталия, Зайкова Льва и других пусть простят, если и что и было за эти пятнадцать лет большой и напряжённой совместной работы. Дорогие товарищи желаю всем Вам больших успехов за дело Ленина – Брежнева, за единство и монолитность нашей партии, за расцвет нашей Славной Родины.

Егор, прошу, если это сочтёте возможным семью (жена и старуха мать) и дочь Ирину, которых ты знаешь не оставить без внимания.

Михаил Горбачёв. 28. VI. 1986 г.

№ 2

В ЦК КПСС

Товарищу Лигачёву

Дорогой Егор!

В течение этих четырёх тяжёлых суток для Меня, я основательно продумал все, что имело место с моей стороны за последние месяцы после пленума ЦК КПСС, как на работе, так и в отношении лично тебя и – некоторых товарищей президиума ЦК и подверг свои действия самой суровой критике, крепко осуждаю тебя. Особенно тяжело и непростительно моё поведение в отношении тебя, где я виноват на все сто процентов. В числе других товарищей я тоже крепко и энергично взялся за работу с единственной мыслью сделать все, что возможно и не провалиться всем нам без товарища Брежнева и поддержать делами новое руководство Ц.К. и Правительства.

…Хочу прямо сказать, что с моей стороны настаивая на рассылку докладных записок было глупостью и политическим недомыслием, тем более ты мне советовал этого не следует делать. Поведение моё на заседании Президиума ЦК, и Пре-зид. Совмина, очень часто было неправильное и недопустимое вносившее нервозность и излишку резкость я бы сказал, как это сейчас хорошо продумал и понял иногда доходило до недопустимой грубости и наглости с моей стороны в отношении товарищей Громыко и Щербицкого при обсуждении По Германскому вопросу, конечно, я здесь безусловно виноват и заслуживаю всякого осуждения. В то же время я, также, как и все Вы старался внести предложения в президиум направленные на правильное решение вопросов, как Корейский, Германский…