Советский квадрат: Сталин–Хрущев–Берия–Горбачев

Через четыре года, подавляя маленковско-молотовскую оппозицию, Хрущёв вновь прибегнет к помощи Жукова, и, помня, как происходил арест Берии, оппозиционеры быстро пойдут на попятную.

Не всё коту масленица. Через семь лет «брежневская молодёжь», заручившись поддержкой армии и КГБ, свергнет Хрущёва. Либерализация общества привела к тому, что «молодые волки» Хрущёва не арестовали и не репрессировали членов семьи. Он стал первым советским лидером, которого отправили на пенсию, вторым оказался Горбачёв.

Сравнивая три версии одного и того же события – мемуары Хрущёва, Микояна и записанные Карповым воспоминания Суханова, видно, насколько они разнятся. К любым воспоминаниям нужно относиться осторожно, неоднократно перепроверяя автора, но, учитывая, что инициатором свержения Берии был Хрущёв, в одной детали я ему доверяю. Не мог он, будучи организатором заговора, поступить так, как пишет Карпов, – воздержаться при голосовании.

В чем оба автора сходятся: Берия был арестован маршалом Жуковым, лично возглавившим группу боевых генералов. Но их свидетельства опровергает Серго Берия, который приводит слова Жукова.[214]

«Не верь ничему. Ты знаешь, какими друзьями мы были с твоим отцом. Все, что мне приписывают, не имеет ко мне ни малейшего отношения". Отцу приписывают интриги против Жукова, Жукову – арест моего отца… Все это продолжается уже сорок лет. Дописались уже до того, что отец в совершенстве владел приёмами джиу-джитсу, и это обстоятельство вызвало серьёзные опасения у людей, якобы участвовавших в аресте отца. Лишь Жуков, пишут, уверенно произнёс: „Ничего, справлюсь…" Уж очень хотелось Хрущёву и всей партийной верхушке украсить ложь именем знаменитого полководца».

Комментировать тяжело. Согласен с Серго и со многими другими авторами, указывающими, что Жукова заставили вписать в свои мемуары строки о полковнике Брежневе и надуманные факты о враждебной деятельности Берии. Родственники Жукова говорили, что цензоры заставляли его переписывать целые страницы, и если он не пошёл бы на компромисс, то его воспоминания не были бы опубликованы. Микоян так и пишет: «Зная на собственном опыте наших редакторов, воспитанных агитпропом, я не могу судить, где работа этих редакторов, а где перо самого Жукова»[215].

Микоян не удержался и упрекнул Жукова за «достоверность» его мемуаров[216].

«Но почему-то он не написал о том дне, когда Сталин появился в Наркомате обороны в первый или второй день войны ночью, с ним были Молотов, Берия, Маленков и я, и Жуков в ответ на нападки Сталина разрыдался. Этот факт не компрометирует Жукова, ни в какой степени. Зато характеризует Сталина. И Жуков почему-то об этом умолчал. Или там «поработали» редакторы? Я по своему опыту знаю, на что они способны, если имеют указания от своего начальства».

Примеров достаточно, чтобы ко всей советской исторической и мемуарной литературе относиться с оглядкой, делая скидку на цензоров.

Допускаю, что написанное Жуковым (и не только им) о Лаврентии Берии не соответствует действительности и было навязано редакторами. Сын Берии неоднократно подчёркивает, что его отец дружил с Жуковым, они часто вместе выезжали на фронт, и в частных беседах Жуков всегда тепло отзывался об его отце.

Но я не исключаю, что Жуков солгал сыну Берии и он действительно арестовывал его отца. В созданной большевиками стране главенствовал страх, все друг другу лгали и предавали. Сперва «кристально чистые» стеснялись, затем, привыкнув, легко подписывали смертные приговоры и утешали себя тем, что все так делают. Но когда настало время глядеть в глаза детям своих жертв, признаться в малодушии они не смогли – наступила новая полоса лжи: отрицание своей вины.

Сын Берии и ссылки на его книгу упоминаются так часто, что настало время коротко о нем рассказать. При естественном недоверии, возникающем к автору (сын обеляет отца), у кого-то может возникнуть предположение, что правительственные награды и головокружительное продвижение по службе – в двадцать восемь лет Серго стал доктором наук и руководителем крупного КБ – он получил благодаря отцу. Попробуем опровергнуть, хотя в какие-то моменты родство ему помогало.

Из биографии Серго Берии[217]. Серго Лаврентьевич Берия родился в Тбилиси 24 ноября 1924 года. В первые дни войны по рекомендации райкома комсомола он был направлен в разведшколу, на ускоренных трёхмесячных курсах получил радиотехническую специальность и в звании техника-лейтенанта отправлен в армию. Служил в Иранском Курдистане (1941) и на Северном Кавказе (1942).