Советский Союз. История власти. 1945–1991

13 июля 1953 г. Министерство внутренних дел представило Г. М. Маленкову свой весьма подробный отчет о разговорах, которые велись в Москве вокруг ареста Берии. В нем зафиксированы высказывания слесарей и шоферов, писателей и ученых, крупных организаторов промышленности и конструкторов оборонных предприятий, врачей и юристов, деятелей искусства и военных о Берии. Отметим — Берия вызывал ненависть у всех. Ни у одного не нашлось слова в его защиту, хотя, если бы такие были, они попали бы на страницы этого документа.

В этих высказываниях были и рассуждения о массовой поддержке решений партии и правительства по «искоренению» Берии, «подлого врага», и сетования, что «поневоле у нас будет много шпионов, если почти все время у руководства Министерства внутренних дел стояли враги народа — Ягода, Ежов, Берия». Заметное место в отчете, подписанном новым министром МВД С. Н. Кругловым, заняли похвалы в адрес Маленкова: «Из золота надо отлить Маленкову памятник при жизни» (писатель Е. Пермитин), «В делах Маленкова народ чувствует силу, и эту советскую силу всегда будут ощущать враги народа» (сотрудник Министерства угольной промышленности И. В. Корзенко) и ряд подобных.

Приведем еще ряд оценок Берии, принадлежащих известным в Москве людям.

И. Л. Тагер, профессор, главный рентгенолог 4-го Управления Министерства здравоохранения СССР⁴⁵, член КПСС:

«Берия в своем стремлении к единоличной власти мог быть вторым Тито, если бы наше правительство вовремя не пресекло этих стремлений. Благодаря попустительству Берия в Грузии активизировались буржуазно-националистические элементы. Берия в своей преступной деятельности тормозил развитие сельского хозяйства, и надо ожидать, что после разоблачения Берия правительством будут приняты меры к укреплению колхозов и улучшению материального положения колхозников, что приведет к улучшению положения всего населения страны».

С. А. Лавочкин, главный конструктор и руководитель завода № 301, кандидат в члены КПСС (авиаконструктор):

«Многое, что делал,Берия, было неправильным. Он незаслуженно возвысил своего сына, создал около него грандиозную организацию, которая пресмыкалась и пела дифирамбы. Он устранил военных, чтобы не выслушивать их мнения по поводу изделия и его боевого применения. Впервые такая новая техника принималась на вооружение без участия военных. При первых стрельбах по самолетам- мишеням было строжайше запрещено говорить о недостаточности боевого заряда...»

С. И. Костерин, ученый секретарь президиума Академии наук СССР, доктор технических наук:

«Берия — большой враг. Хорошо, что хоть сейчас его разоблачили. Берия предавал всю нашу оборонную промышленность, все он знал, всеми секретами обороны он ведал, о всей секретной технике ему докладывали. Берия очень засорил научные кадры Академии наук, поддерживал всех подозрительных и не внушающих доверия евреев».

Елисеев, помощник начальника Главного штаба ВМС, вице-адмирал:

«Берия среди народа был малоизвестной фигурой, поэтому постановление пленума не вызовет особых сожалений, а когда узнают, что он замышлял, все будут довольны. Все же очень долго он пробыл на такой руководящей должности и не был разоблачен. Нам было бы жарко, если бы это совершилось»⁴⁶

Вместе с тем появляются сведения и о новых идеях, распространявшихся среди москвичей. «В последних решениях партии чрезвычайно ценно указание на то, что коллектив, а не отдельные личности, является творцом всего. Особенно ценно, что и в последнем обращении партии, связанном с осуждением Берия, опять подчеркивается эта мысль»,— говорил П. Г Воробьев, младший научный сотрудник Академии педагогических наук. Эти же рассуждения о связи между арестом Берии и преодолением культа личности были отмечены и в ряде других разговоров.

В справку МВД попали и гораздо более резкие оценки, никак не совпадавшие с официальными или полуофициальными.

Известному актеру и ученому-библиографу Н. П. Смирнову-Сокольскому принадлежит такое определение ситуации: «Берия в тюрьме. Кто следующий? Я убежден, что будут следующие. Как ни сильна машина, а развал начался. Берия — почин, кто с ним — еще неизвестно. Это все оттого, что у нас огосударствили не только всякие отрасли, но даже дыхание, болезни, сны людей. В этих условиях любая сволочь как хочет, так и воротит. Скандал большой и гнусный. Теперь будем ждать и наблюдать, что дальше, чей черед».

Слова Смирнова-Сокольского совпадают с мнением его коллеги — заслуженного артиста УССР, лауреата Сталинской премии И. С. Набатова:

«Для нас совершенно безразлично, кто будет держать палку. От смены руководства режим у нас не меняется. Он был и есть, по существу, полицейский. Я не верю ни в какие идейные мотивы в поступках не только Берия, но и других. Это откровенная борьба за власть. Между прочим, Берия оказался бездарным подражателем Сталина. По-моему, дележка власти, если только Берия этого хотел, только началась.