Советский спецназ в Афганистане

По нашим данным, армейское командование решило осуществить по крепости авиаудар и послало на операцию один МИ-6 и два МИ-8. МИ-6 наводил на цель, а МИ-8 стреляли по цели. Я был на борту МИ-6 и видел, как, образовав карусель, вертолеты заходили на цель, и через час крепость превратилась в сплошное море огня и пыли. Спустя три дня наши разведчики принесли данные, что вся банда, дислоцировавшая в крепости, была уничтожена.

А вот еще одна спецоперация. Проводя работу в следственном изоляторе ХАД, я обратил внимание на одного задержанного жителя Герата, подозреваемого в связи с подпольной группой исламского комитета. В ходе проверки серьезных компрометирующих материалов получить не удалось, и я его завербовал, дав псевдоним “Мулла”. Однако после очной ставки с еще одним жителем Герата оба агента стали топить друг друга. И выяснилось, что этот второй — агент душманов, убийца 16 членов НДПА и носит кличку “Ликвидатор”.

Перевербовав “Ликвидатора”, я вылетел вместе с ним в Герат, где располагалась наша спецгруппа “Каскада”. А ХАД дал “утечку” информации, что пойманный органами ХАД агент “Ликвидатор” осужден на длительный срок и заключен в тюрьму. Впоследствии “Ликвидатора” афганцы все же расстреляли.

А “Мулла” стал работать на нас из чувства страха быть выданным душманам. От него потом была получена информация, что в одном из частных особняков, находящихся в непосредственной близости от нашего посольства, находится специальная террористическая группа, оснащенная минометами и тремя “бурами” с оптическими прицелами. Их задача — в момент прибытия Кармаля совершить теракт. Другой источник подтвердил эту информацию и ХАД ликвидировал террористов.

Вот такие были будни разведки».

В июле 1981 года на смену «Каскаду-2» прибыла из Москвы команда спецназа «Каскад-3», которая выполняла те же задачи, что предыдущие и два «Каскада».

Вот что вспоминает о тех боевых днях начальник штаба спецназа «Каскад-3» полковник в отставке Сопряков Вадим Николаевич в своей книге «Восток — дело тонкое»:

«Наш “Каскад-3” начинал осваиваться в Афганистане, расположившись своими командами во всех основных провинциях.

Команда “Карпаты” осела в Герате. В ее составе было 26 офицеров, 4 прапорщика, 50 солдат и 4 переводчика.

Команда “Карпаты-1” разместилась в Шинданде, состав ее был такой же.

Команда “Кавказ”, расположившаяся в Кандагаре, имела 27 офицеров, 4 прапорщика, 65 солдат и 4 переводчика.

Команда “Алтай” осела в Газни. Она имела почти такой же состав, как и две первых.

Примерно такой же была и команда “Тибет”, разместившаяся в Джелалабаде.

Команда “Север-1” была расквартирована в Мазари-Шарифе, недалеко от границы с СССР. Составом своим она была чуть поменьше.

Команда “Север-2” находилась в Кундузе, имела 23 офицера, 6 прапорщиков, 64 солдата и 4 переводчика.

В штабе “Каскада-3”, располагавшемся в Кабуле, насчитывалось 46 офицеров, 2 прапорщика, 57 солдат и 3 переводчика.

Работа закипела. У кого-то хорошо шла информационная работа, было больше источников информации, кто-то более успешно создавал “лжебанды” и работал с ними. У кого-то лучше получались контакты с местным населением и властями.

Несколько слов о “лжебандах”. Как я уже упоминал ранее, мы стремились установить личные контакты с некоторыми главарями банд душманов, действующих на местах. Эти люди шли на такие встречи с нами, преследуя различные цели. Но большинство из них, особенно на начальном этапе, категорически отказывались от контактов с представителями местных властей. Встречи с “шурави” для них были необходимы. Мы главным образом ориентировались на тех лиц, о которых удавалось собрать какую-то положительную информацию. Например, он — выходец из местных жителей, имеет родственников в районах, контролируемых нашими совместными силами, не проявляет жесткости и кровопролития к советским и афганским гражданам. Главарь банды, соглашаясь на контакт с представителем спецслужб, рассчитывал выяснить — могут ли получить работу его люди на предприятии этого района, если банда сложит оружие. Иногда нам даже удавалось уговорить главаря банды прекратить вооруженную борьбу против “шурави” и сложить оружие. В этом случае они требовали от нас гарантии, что не будут преследоваться за прошлые дела. И мы, согласовав все вопросы с правительственными чиновниками и службой ХАД, давали им такие гарантии.

Чаще главарь не соглашался на мир с местной властью, но прекращал или не начинал террористические акции против советских войск. В некоторых случаях главарь соглашался действовать под нашим контролем. И мы тщательно проверяли его искренность, стремились закрепить его связь с нами на конкретных делах, с помощью афганской службы безопасности контролировали его родственников в местах их проживания.

Вот такие группы и назывались “лжебандами”. Мы направляли их на борьбу с наиболее активными и жестокими бандами, информируя их о местонахождении этих бандитов, путях поступления оружия и снаряжения. В некоторых случаях давали им боеприпасы и даже оказывали огневую поддержку с воздуха при проведении боевых операций.