Современность в свете Слова Божия. Слова и речи

Вспомним и то, что еще задолго до страшной даты 25 октября 1917 года многие великие духоносные мужи предупреждали русский народ о надвигающейся на него каре Божией за Богоотступничество. Сколько было таких прозорливых праведников и среди благочестивых мирян, и среди иноков-подвижников, и среди исполненных духа истинной ревности пастырей и великих наших святителей, которые ужасались, духовным взором своим прозревая ту страшную кровавую бездну, в которую несется начавший все более и более отступать от Бога и от Церкви православный русский народ! И не только прозревали, а и открыто это высказывали, призывая русских людей к образумлению.

Из таковых особенно замечательны почти современные друг другу подлинно великие праведники и молитвенники: Преосвященный Феофан, Вышенский Затворник (1815-1894 г. г.) и приснопамятный протоиерей Иоанн Кронштадтский (1829-1908 г. г.). Оба они во второй половине прошлого 19-го столетия и начале нынешнего 20-го столетия, с великою силою, являли собой, обреченной, все более и более погружавшейся в нечестие России, как бы грозных пророков Божиих, проповедующих истину, обличающих ложь, призывающих к покаянию. Оба они предрекали близкую неизбежную кару Божию, как естественное следствие измены православных русских людей Богу, измены Св. Православию, отступления от Церкви, попрания священных церковных заветов и установлений

Замечательно, что святитель Феофан говорил о неизбежности страшной кровавой революции в России, «если все пойдет таким путем», еще в 60-тидесятых годах прошлого столетия. Вот его подлинные слова: «Воды потопного нечестия устремляются на нас и готовы поглотить всех нас», ибо «Ныне начинает господственно водворяться среди нас дух мира – тот дух, который побежден Господом Иисусом Христом и должен быть побеждаем силою Его и чрез нас»; «Если у нас все пойдет таким путем, то, что дивнаго, если и между нами повторится конец осмнадцатаго века (намек на великую французскую революцию) со всеми его ужасами» (Слова на торж. дни стр. 262 и 187).

Совершенно согласно со святителем Феофаном, много лет позже, и о. Иоанн Кронштадтский предупреждал: «Царство русское колеблется, шатается, близко к падению. Если в России так пойдут дела, и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвергнуты праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древния царства и города, стертые правосудием Божиим с лица земли за свое безбожие, за свои беззакония» (Слово 1907 г.).

«Кайтесь, кайтесь!» пламенно взывал в одной из своих проповедей в подворье Леушинского монастыря о. Иоанн: «Приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете». Игумения Таисия, 80-летняя старица, спросила о. Иоанна: «когда же, батюшка, это время будет?» – На это о. Иоанн ответил: «Мы с тобою, матушка, не доживем, а вот они – указал он рукою на монахинь, – доживут».

Все это, как мы видим, исполнилось.

И каким жалким, наивным детским лепетом представляются нам, после всего этого, самоуверенные утверждения некоторых политических и общественных деятелей, что если бы, мол, приняты были те или другие меры, осуществлены такие-то и такие-то необходимые, по их мнению, реформы, то революции и последовавших за нею кровавых бедствий не было бы.

Революция и притом такая, какая она была, – страшная, кровавая, неизбежно должна была бы быть, поскольку не было вразумления у русского народа, зарвавшегося в своем отступлении от Церкви, в своем безумном богоборчестве. А это отступление от Церкви, это безумное богоборчество началось, хотя и не всегда смело себя открыто проявлять, еще задолго до 25 октября 1917 года. В 1917 году произошло лишь то, что давно подготовлялось, давно назревало – как бы некое извержение вулкана, которое безполезно было бы стараться пресечь чисто внешними мерами.

Могли быть лишь одни средства к пресечению постигших Россию кровавых ужасов – средства духовно-благодатные, но к ним не пожелали прибегнуть: столь далеко зашло отступление русского народа во всех его слоях от Церкви!

И Россия должна была естественно испить до дна чашу праведного гнева Божия.

Но почему именно России выпал такой тяжкий жребий – испытать все эти ужасы, которые, как показало истекшее сорокалетие, действительно превзошли всякое человеческое представление?

По слову Писания: «Кому много дано, с того больше и взыщется» (Лук. 12, 48).