Создатели Красной армии

«Оглядывались на восьмимесячную работу Временного правительства и чувствовали, как обмякали руки и ноги, и сердце медленно падало. На фронте отходили, сдавались, бежали, на фронте был один позор. Армия разложилась. Внутри – грабежи и погромы. На улицу страшно выйти. Голод надвигается вместе с зимою, дров нет, железные дороги умирают, рабочие перестали работать. Красивый русский язык поруган, старое правописание заменено новым. Заборное правописание освящено Академией Наук и постановлением Временного правительства. Правительство широко раскрыло двери хаму, и хам врывался и поганил все, что было чисто и свято». Так писал самый верный заступник Керенского генерал П.Н. Краснов в книге «От Двуглавого Орла к красному знамени».

Однако, несмотря на значительный численный перевес, первый штурм Зимнего революционными отрядами был отбит. По сведениям, ставшим известными в последние годы, все решил отряд, прибывший из Финляндии. По всей вероятности, это было спецподразделение 106-го пехотного полка под командованием М.С. Свечникова, проникшее во дворец со стороны набережной. Победный штурм состоялся в ночь на 26 октября, когда сопротивление уже фактически было сломлено и серьезных боев внутри здания не было. При штурме погибло всего несколько человек с обеих сторон.

По свидетельству главного научного сотрудника Эрмитажа, доктора исторических наук Б.В. Сапунова, на сохранившихся фотографиях внутренностей дворца того времени повреждений не наблюдается.

Отряды восставших под руководством дворянина-большевика В.А. Антонова-Овсеенко арестовали членов Временного правительства.

Через несколько дней после ареста под честное слово были отпущены военный министр генерал А.А. Маниковский, его предшественник генерал А.И. Верховский и морской министр Д.Н. Вердеревский.

Александр Иванович Верховский, тогда еще член партии социал-революционеров, признавал: «Несмотря на то, что за членов партии эсеров в городскую думу голосовали сотни тысяч, на борьбу за Временное правительство не удалось мобилизовать и десяти человек. […] Никто не пришел защищать правительство, действовавшее явно против воли народа». В отличие от 1993 года, когда Верховный совет России пришли защищать тысячи.

27 октября генерал В.А. Черемисов прислал в Петроград для охраны Смольного сводный полк латышских стрелков. Когда в Петрограде начался мятеж юнкеров, командир 42-го армейского корпуса генерал-лейтенант Р.Ф. Вальтер направил сюда пехотные части с артиллерией.

Михаил Степанович Свечников впоследствии был назначен командующим Северным фронтом Красной армии, контр-адмирал Александр Владимирович Развозов

посла ареста был вновь возвращен на должность командующего Балтийским флотом и произведен в вице-адмиралы. Капитан 1-го ранга Модест Васильевич Иванов получил чин контр-адмирала и назначен морским министром.

Однако процесс разложения армии после прихода к власти большевиков еще более ускорился. Первые декреты советской власти, которую теперь прочно связывали с ними, этому способствовали. Декрет о мире призывал все воюющие страны прекратить войну и распустить уставшие армии по домам. Декрет о земле передавал крестьянам остатки дворянских земель. Для крестьянской солдатской массы пребывание в армии потеряло всякий смысл. Нужно было успеть получить раздаваемую по декрету землю. Начались братания с недавними противниками и массовое дезертирство. Целые полки снимались с позиций и направлялись «по домам». Но большевики этому не огорчались. Войну надо заканчивать и готовить мировую революцию. А для нее старая армия не годилась. Достаточно вооружить передовой отряд революционного движения – сознательных рабочих – и можно начинать «свергать прогнивший капитализм». Ожидалась скорая революция в Германии, колыбели мирового революционного движения. Вскоре с австро-германским блоком было подписано перемирие, и начались переговоры о полномасштабном заключении мира.