Создатели Красной армии

Не останавливая наступления, белая армия овладела Орлом. Уже на другой день генерал Май-Маевский обещал «быть в Москве со своими войсками не позже конца декабря, к Рождеству 19 года». Однако эти успехи были куплены ценой крайнего напряжения Добровольческой армии. Все резервы были израсходованы. Крайней точкой «белого нашествия» стал Мценск, куда ворвалась группа конных разведчиков.

Генерал-майор Николай Павлович Сапожников всеми возможными способами пытался уклониться от участия в гражданской войне, но попал в самое пекло, будучи назначенным в Орловский военный округ. В своих воспоминаниях он писал: «Я возвращался из Курска после демобилизации своей дивизии через Москву. Зашел во Всероглавштаб, где получил предложение вступить в Красную армию. […] Пока ездил за семьей, был назначен начальником штаба Орловского округа…

Октябрьскую революцию я вначале не понял и не считал ее стабильной, так как видел в то время больше разрушения. Куда придем дальше, для меня было совершенно туманно, поэтому я оставался легальным в отношении выполнения своих обязанностей, выжидая, что будет дальше. Гражданской войне, как войне братоубийственной, вызывавшей разруху, я не сочувствовал, и с нетерпением ждал ее конца. Поэтому фронтовую службу до начала белопольской войны я нес без внутреннего удовлетворения»[47].

Деникинцам удалось прорвать фронт. Как пишет А.И. Егоров: «Штаб 55 стрелковой дивизии на станции Золотарево Мценского уезда был полностью разгромлен, а красные командиры погибли в бою. Начальник дивизии А.В. Станкевич был захвачен в плен. Деникинцы предлагали ему перейти на свою сторону, сулили крупное денежное вознаграждение. Но Антон Владимирович отверг эти предложения. Тогда после жестоких пыток и издевательств старого боевого генерала приговорили к повешению»[48].

Генерал Антон Владимирович Станкевич был похоронен на Красной площади с воинскими почестями.

Советское командование срочно ввело в дело резервную ударную группу. 20 октября Эстонская дивизия, входящая в Ударную группу, вернула Орел. Разгорелись яростные встречные бои. Ожесточение было столь велико, что пленных никто не брал.

В произошедших упорных боях лучшие части Добровольческой армии не только удерживали положение, но и смогли опять занять Кромы и Севск. Но в самый день занятия противником станции Донской его конница получила чувствительный удар от корпуса Буденного в районе Усмань – Собакино.

«В это время из телеграфного отделения вышел Буденный. Его окружили. Он сказал: