Создатели Красной армии

Генерал Слащев обратился с призывом к своим сослуживцам о возвращении на Родину. Авторитет Якова Александровича среди офицеров-окопников был так велик, что практически сразу после публикации этого воззвания в Россию приезжают генералы Клочков и Зеленин, полковники Житкевич, Оржаневский, Климович, Лялин и с десяток других. Все они получили в Красной армии преподавательские должности, свободно выступали с лекциями и выпустили немало трудов по истории гражданской войны.

Они воспитали тысячи людей нового поколения в Стране Советов в истинно русских традициях.

Всего же за два года на родину вернулись десятки тысяч офицеров. Руководители Русского общевоинского союза заочно приговорили Якова Александровича к смертной казни.

Слащев был принят на должность преподавателя курсов «Выстрел». В журнале «Военное дело» были опубликованы его статьи «Действия авангарда во встречном бою», «Прорыв и охват укрепленного района», «Значение укрепленных полос в современной войне и их преодоление». Его учениками в те годы были будущие Маршалы Советского Союза Буденный, Василевский, Толбухин, Малиновский.

Генерал-лейтенант Яков Александрович Слащев был единственным, кто во время гражданской войны удостоился почетной приставки «Крымский» за боевые заслуги.

По данным военного историка А.Г. Кавтарадзе, всего из белой армии в Красную перешло 14 390 офицеров. В их числе создатель первой атомной подводной лодки, Президент Академии наук СССР, в прошлом пулеметчик врангелевской армии Анатолий Петрович Александров. Колчаковский генерал Аполлон Яковлевич Крузе, подобно генералу Кедрову, после пленения преподавал в военных учебных заведениях, а на завершающем этапе Великой Отечественной командовал 24-м гвардейским стрелковым корпусом Второго Украинского фронта в звании генерал-лейтенанта.

По данным ОГПУ, в 1923 году в СССР всего проживали 50 тысяч бывших офицеров, чиновников, военных врачей и других участников белогвардейских армий и правительств.

В 1937 году вернулся и граф А.А. Игнатьев. «Вот вы его и заслужили, но не думайте, что это одной лишь сдачей подведомственных вам миллионов Красину[76]. Были же в русской армии и кроме вас честные офицеры, которые не тронули бы казенных денег. Ну, а уж остаться с нами, после того как мы вас сразу к себе не взяли, – вот это и раскрыло нам на вас глаза!»[77]

По возвращении А.А. Игнатьев работал старшим инспектором в Управлении военно-учебных заведений. С октября 1942 года старшим редактором военно-исторической литературы Военного издательства Наркомата обороны. Именно по его предложению в 1943 году в Москве были созданы кадетские корпуса, названные суворовскими.

Возвращению погон в Красную армию тоже в немалой степени способствовал красный граф, полковник царской армии и генерал-лейтенант советской Алексей Алексеевич Игнатьев.

Поддержали большевиков некоторые генштабисты, находившиеся за рубежом. Так, состоявший при российском посольстве в Северо-Американских Соединенных Штатах полковник И.И. Чубаков опубликовал 5 февраля 1918 года в вашингтонской газете «Ивнинг Стар» статью, в которой, обращаясь к американцам, отмечал, что во главе советской России стоит подлинно народное правительство.

После Великой Отечественной еще одна волна белогвардейцев вернулась на Родину.

Нередко по разные стороны баррикад оказывались даже близкие родственники. Служивший на белом Юге генерал Петр Семенович Махров вспоминал о получении на фронте весточки от своего родного брата Николая Семеновича Махрова (тоже генерала), оказавшегося в Красной армии:

«– Так где же мой брат?