Спор о Сионе

Ездра привёз с собой новый расовый закон. Он начал с подбора своих спутников, взяв одних левитов или тех, кто мог доказать своё чисто иудейское происхождение. Прибыв в Иерусалим и увидев множество смешанных браков, он согласно Кастейну «преисполнился ужасом и отвращением». Иудеи в Иерусалиме чувствовали себя при этом совсем неплохо: «Терпя расовое смешение с соседними племенами, они установили мирные отношения на почве семейных связей».

Кастейну такое мирное сожительство представляется столь же отвратительным, даже много веков спустя, но он вынужден признать, что, смешиваясь с другими племенами, иерусалимские иудеи «соблюдали традиции своего времени» и не нарушали ни одного из известных им законов. Ездра привёз новый закон Иезекииля, заменивший собою древние традиции. В качестве эмиссара персидского царя, он собрал жителей Иерусалима и объявил, что все смешанные браки подлежат расторжению, после чего все «чужестранцы» и всё чужое подвергалось строжайшему исключению. Была создана специальная комиссия старейшин, с задачей разорвать брачные союзы, а тем самым, следовательно, разрушить «мирные отношения на почве семейных связей».

Даже Кастейн признаёт, что «мероприятия Ездры были явно реакционными, они возвели в достоинство закона указы, которых в то время в Торе ещё не содержалось» (это было внесено в Тору в 444 г. — см. далее). Заслуживает внимания употребление Кастейном слова «достоинство»: его книга была опубликована в Берлине двадцать четыре века спустя, в тот самый год, когда Гитлер пришёл к власти в Германии, издав вскоре похожий закон о чистоте расы. Сионисты немедленно заклеймили его, как «позорный», и немного лет спустя армии западных союзников, перевернувши в её противоположность роль персидских солдат 458 года до Р.Х., были мобилизованы для его уничтожения.

Как в 458 г. до Р.Х. (в Иерусалиме), так и в 1917-ом по Р.Х. (в Палестине) насилие привело к совершенно естественным результатам: соседние народы были оскорблены и обеспокоены этим неслыханным нововведением. В стенах Иерусалима они увидели претензию на иудейское превосходство над ними и, почувствовав опасность, напали на город, разрушив его крепости. Ездра, подобно сионистским вождям двадцатого века, к тому времени, по-видимому, вернулся в свою заграничную резиденцию, поскольку его искусственное сооружение в Иерусалиме стало быстро разваливаться, уступив место естественным порядкам: снова появились смешанные браки и восстановились «мирные отношения на почве семейных связей». Помешать таким процессам может только грубая сила.

Тринадцать лет спустя, в 445 г. до Р.Х., старейшины в Вавилоне начали новое наступление на этот раз с помощью Неемии, фигуры столь же типичной для тогдашнего Вавилона, как и для наших дней. Иудей по происхождению, он был в большой милости у персидского царя, занимая высокий придворный пост виночерпия при Артаксерксе (как в наш век сионистские «советники» являются правой рукой британских премьер-министров и американских президентов). Он прибыл из Вавилона в Иерусалим с диктаторскими полномочиями и достаточным количеством солдат и денег, чтобы за персидский счёт (и здесь — полная аналогия с нашим временем) восстановить крепостные стены, создав первое настоящее гетто. Оно разумеется пустовало, но по окончании постройки Неемия заставил каждого десятого иудея по жребию переселиться туда.

Расовые догмы стали хотя ещё и неписаным, но действующим законом. Почитатели Иеговы, не бывшие в состоянии доказать персидским чиновникам и левитским старейшинам своё происхождение из племён Иуды, Вениамина или Левия, отвергались «с отвращением» (Кастейн). Каждый должен был доказать «бесспорную чистоту расового происхождения» по метрическим записям (гитлеровский закон об арийских бабушках в двадцатом веке таких крайностей от немцев не требовал). Затем, в 444 г. до Р.Х. Неемия надоумил Ездру внести в Тору запрещение смешанных браков, т. е. новая практика отныне стала «законом» (а Давид с Соломоном, надо думать, были посмертно исключены из числа правоверных). Были собраны главы всех кланов и семейств, и их заставили подписать обязательство, что впредь и они сами, и их люди будут соблюдать все установления и предписания Торы, в особенности же упомянутые новые. В книгу Левит внесли необходимую поправку: «Я отделил вас от всех народов, чтобы вы были Мои». Теперь ни один иудей, под страхом смерти не смел вступать в брак вне своего клана; мужчина, бравший в жёны чужеземку, совершал грех перед Богом (Неемия 13:27. Это же — закон и в нынешнем сионистском государстве), «чужим» был запрещён вход в город, «чтобы очистить иудеев от всего иноземного».