Сражение при Молодях 28 июля - 3 августа 1572 г.

[156] «Повесть…» недвусмысленно указывает на то, что гуляй-город был развернут именно в первый же день стояния на Молодях, тогда как согласно разрядной книге, он был поставлен только 30 июля (Буганов В.И. Повесть о победе над крымскими татарами в 1572 году. — С. 271; РК 1475—1605. — Т.

II. Ч.

II

. — С. 313). Однако логично было бы предположить, что воеводы не стали ждать два дня для того, чтобы поставить город, да и где бы они его хранили в «свернутом» виде?

[157] Корецкий В. И. Соловецкий летописец конца XVI в. — С. 238. Московский летописец сообщает интересную деталь схватки, не отраженную нигде больше: «…

три тысечи стрельцов поставили от при­ходу за речкою за Рожаею, чтобы поддержати на пищалех. И царь послал нагаи 40 000 на полки, а велел столкнути. И русские полки одернулися обозом. И столь прутко прилезли, — которые стрельцы поставлены были за речкою, ни одному не дали выстрелить, всех побили» (ПСРЛ. — Т. 34. — С. 225). Сегодня сложно сказать, насколько точен был летописец, описывая схватку передового полка с татарами на отходе, отметим лишь, что в размещении стрелков за ручьем у подножия холма нет ничего невозможного, за исключением их числа — летописец явно преувеличил его, и весьма существенно — скорее всего, речь шла о 5 сотнях стрельцах, входивших в состав передового полка. Равно вполне правдоподобно и то, что ногаи, преследовавшие отступающие конные сотни детей боярских и «немцев» Фаренсбаха, атаковали стрельцов столь стремительно и неожиданно, что те не успели сделать дружного залпа, были засыпаны стрелами и порублены противником. Однако эта задержка в итоге дорого стоила татарам, попавшим под огонь стрелков и артиллерии из гуляй-города.

[158] Относительно того, где застала хана весть о поражении своего арьергарда, в источниках нет согласия. Согласно «Повести…», Соловецкому летописцу и разрядным книгам, хан успел переправиться через Пахру, но после того, как русские обыграли его в первой после переправы схватке, «…на Москву не пошол да, перешед Похру сем верст, стал в болоте» (см., напр.: Буганов В.И. Повесть о победе над крымскими татарами в 1572 году. — С. 271). В то же время Московский летописец сообщает, что «царь» все же не дошел до Пахры (ПСРЛ. — Т. 34. — С. 225). Для того, чтобы разрешить эту загадку, обратимся к карте. Расстояние между Молодями и Пахрой в районе Подольска составляет примерно 20 км. Если хан успел до начала боя переправиться через Пахру, то выходит, что русский передовой полк и татарский «сторожевой полк» успели проделать по июльской жаре меньше чем за полдня, сражаясь, около 40 км. Это представляется невозможным, поэтому мы склоняемся к тому, чтобы принять свидетельство Московского летописца о том, что хан с главными силами все-таки до Пахры не дошел. Кстати, А. Лызлов в своей «Истории» отмечал, что после того, как русские передовой полк разгромил татарский арьергард, хан не решился и дальше следовать к Москве и «стал с воинством, не дошед реки Пахры за седмь верст…» (Лызлов А. Скифская история. — С. 149).

[159] Если мы правильно локализовали место расположения гуляй-города и обоза русского войска, то они расположились на холме примерно в километре юго-восточнее Молодей за рекой Рожайкой и примерно в полукилометре восточнее Серпуховской дороги. Во всяком случае, это место соответствует данным Московского летописца и описанию церкви Воскресения Христова, «на погосте, что на Молодях, на речке Рожае». См.: ПСРЛ. — Т. 34. — С. 225; Холмогоров В., Холмогоров Г. Исторические материалы о церквах и селах XVII – XVIII ст. — М., 1889. — Вып. 7. Перемышльская и Хотунская десятины (Московского уезда). — С. 6). С трех сторон подножие холма окружала вода (Рожайка и впадающие в нее ручьи), восточный и южный склоны холма покрыты редким лесом и кустарником. Размеры холма составляли примерно 1,5 км с запада на восток и 1 км с севера на юг, вершина холма имела размеры 400 на 250 м.