Сражение за Берлин. Штурм цитадели Гитлера. 1945

Пять членов экипажа Pz. IV слушали все это лишь краем уха. Похожие слухи стали им известны еще несколько часов тому назад в Тиргартене. Они не придавали подобным сообщениям большого значения, к тому же слишком устали. Танкисты снова забрались в свой танк. Бринкман проверил рычаги управления и двигатель. Хольберг по радиотелефону связался с ротой. Заряжающий Рамлау занял свое место у пушки. Райнварт вращал окуляр наводки, а Хартман, стоя в открытом люке, давал указания механику-водителю, куда направить боевую машину.

Ночь была темна. Но мерцающее пламя пожаров по обе стороны от проспекта Темпельхофердамм давало столько света, что они могли без труда следовать за идущим впереди танком лейтенанта Графа. В их роте осталось только четыре танка. Лейтенант находится в первом, Хартман командовал вторым, а третьим и четвертым командовали оставшиеся в строю унтер-офицеры из экипажей этих танков. Между танками тяжело ступала мотопехота. Кучка усталых, изможденных людей.

Неожиданно со всех сторон по ним открыли огонь. Русские уже здесь! Лейтенант Граф тотчас отдал команду своей роте рассредоточиться, разумеется, насколько это было возможно среди многочисленных груд развалин. В радиотелефоне звучал его хриплый голос:

– Общее направление на Ульштайнхаус! Танки, вперед!

Хартман закрыл люк. Следы от трассирующих пуль прорезали ночную мглу. Красные, зеленые, желтые, голубые линии с шипением пересекались в воздухе. Противника нигде не было видно. Мотопехотинцы, которые шли за танками, тоже исчезли. Хартман снова откинул крышку люка и стал вглядываться в полыхающие пожарища.

Впереди справа он заметил несколько советских Т-34 с пехотой на броне. Хартман быстро отдал приказы, попросил Хольберга по рации передать лейтенанту расположение противника. Райнварт повернул башню в нужном направлении, Рамлау привел пушку в боевую готовность. Первый снаряд вырвался из жерла орудия. Они не могли видеть, попали ли в цель. Бринкман должен был развернуться и поскорее сменить позицию, чтобы не выдать неприятелю свое местоположение. Райнварт сделал еще два выстрела бронебойными снарядами с белой маркировкой. Теперь в бой вступили и остальные танки их роты. Хартман их не видел, но по звуку выстрелов он определил, что это немецкие Pz. IV.

Советы заметили опасность. Т-34 открыли ответный огонь. Хартман спокойным голосом отдавал команды на изменение направления движения и целеуказания. Они продолжали двигаться по проспекту. Перед ними на фоне огненно-красного неба возвышался громадный силуэт Ульштайнхауса (в те годы там располагалось издательство Леопольда Улыитайна. – Пер.).

Неожиданно из темноты боковой улицы вынырнули два русских танка. Хартман рявкнул:

– Назад!

Бринкман быстро переключил передачу, резко дернул рычаги управления. Танк медленно сдавал назад, слишком медленно. Райнварт навел пушку и выстрелил. На той стороне улицы прямое попадание. Огромное пламя разорвало тяжелую боевую машину на куски. Взрыв был такой сильный, что танк Хартмана тряхнуло.

За этим последовал мощный толчок. Экипаж танка полетел кувырком, бойцы со всего размаху ударились о борта, у них перехватило дыхание. Pz. IV застыл на месте, накренившись набок.

– Мы застряли! – воскликнул Бринкман.

– Прибавь газу, чтобы освободить машину! – крикнул Райнварт.

Бринкман в отчаянии дергал рычаги управления, до отказа жал на педаль газа. Двигатель натужно ревел, но танк не сдвинулся с места. Одновременно второй русский танк открыл огонь из своей пушки. Хартман попытался навести пушку, но у него ничего не получилось. И хотя башня еще вращалась, но пушка нацеливалась или наклонно вниз, или задиралась наискосок вверх. Тем временем Бринкман не оставлял попыток вызволить танк. Он снова и снова жал на педаль газа, отжимал один рычаг управления вперед, а второй тянул на себя. Переключал с высших передач на низшие и наоборот. Никакого результата. Гусеницы месили грунт, но стальной колосс не двигался с места.

– Заканчивай, – кричит Хартман, – мы вылезаем!

Он стал поспешно протискиваться через люк. За ним – Райнварт и Рамлау. В то мгновение, когда верхняя часть туловища ефрейтора была уже снаружи, раздался оглушительный взрыв. Танк встал на дыбы. Острые языки пламени вырвались из его двигателя, броневые плиты с шумом разломились. Неожиданно Рамлау почувствовал, что взрывной волной его подбросило вверх, он вылетел из люка, описал в воздухе высокую дугу и шлепнулся на землю. Райнварт, который только что покинул Pz. IV, бросился в укрытие. Он слышал, как стальные обломки просвистели у него над головой. И только Хартман уже успел отбежать подальше и укрыться за полуразрушенной стеной дома. Он видел, что его боевая машина превратилась в раскаленную груду металла. Фельдфебель вскочил на ноги и помчался к горящему остову танка. Однако ефрейтору Бринкману и радисту Хольбергу уже ничем нельзя было помочь.