Средневековая Исландия

Следует упомянуть еще одно развлечение. С конца XII века в Исландии было распространено исполнение баллад, в датском языке называвшихся folkevise (что можно перевести как народная баллада). По-исландски такие простые и ритмичные баллады назывались dans (мн. ч. dansar). Исполнители выстраивались в замкнутую цепочку, образуя хоровод, который медленно начинал кружиться, притоптывая в такт песне и двигаясь вслед за ведущим, который пел припев, в то время как хоровод пел основные куплеты. Тексты носили повествовательный характер, а в их качестве часто использовались эддические поэмы и саги. «Припев» же, что любопытно, был совсем иной природы и выражал совсем иные чувства, чем текст куплетов. Очевидно, что подобные развлечения могли проходить главным образом вне дома, но не исключено, что подобным образом могли развлекаться и в skáli. Из содержания древних текстов следует, что эти dansar были в основном сатирического характера. Например, в Саге об исландцах Стурлы Тордарсона целый клан с удовольствием предавался этому занятию, высмеивая некоего Лофта: «И люди Брейктаболстада вышучивали Лофта, распевая в его адрес различные dansar и отпуская насмешки». Стоит ли добавлять, что результатом подобных развлечений нередко становились кровавые ссоры! Намеки могли также носить грубый и позорящий характер. Если верить сагам, это развлечение считалось особенно любимым — в среде древних исландцев смех очень редко, если не сказать никогда, бывал добродушным.

Но возвратимся в sháli: исландцы знали и использовали также различные настольные игры — тавлеи (tafl, слово восходит к латинскому tabula; существовал также термин hneftafl, или hnefatafl). К ним, разумеется, относились шахматы (skáktafl), которые были хорошо известны на Севере с самого начала X века, о чем сохранились надежные свидетельства. Игра эта, вероятно, попала туда с Ближнего Востока. Существовали различные ее варианты: например, фигуры по шахматной доске перемещались на основании броска игральных костей, задача пешек состояла в том, чтобы окружить «короля». Археологи обнаружили также игры, похожие на нашу современную игру в «волка и ягнят». Была известна и игра вроде трик-трака, по-видимому, привезенная из Франции, ее исландское название — kvátra — вероятно, возникло от французского quatre — четыре. Наконец, очень популярна была игра в кости (hlútfall, где слово hlútr аналогично нашему понятию «партия»). О ее популярности свидетельствуют саги о епископах или саги о современниках. Эти игры были совсем не безобидны, ведь вера во всемогущество судьбы (случая, если угодно) принадлежала к числу наиболее глубоких внутренних убеждений северян, так как еще Тацит, писавший о Германии, упоминает жеребьевку.

Ну а итог этой теме следует подвести с помощью неисландского источника. Около 1150 года правивший на Оркнейских островах знаменитый ярл Рогнвальд, также являвшийся известным скальдом, составил ставшую знаменитой вису:

Я знаю девять искусств:Я мастерски играю в шахматы;Я редко ошибаюсь в чтении рун;Я умею хорошо читать, резать по железу и дереву;Я отлично хожу на лыжах,Я хорошо владею луком, и хорошо гребу;И я умею подчинять свой разум:Сочинению лэ и игре на арфе.

В этих строках ясно проступает то, что вызывает у нас такое восхищение, — комплексный, открытый и гармоничный характер исландской культуры. Следует лишь заметить, подтверждая уже неоднократно сказанное, что чисто физические развлечения (гребля, катание на лыжах, стрельба из лука) не являлись основными забавами ярла.

В целом совершенно ясно, что исландцы не скучали долгими зимними вечерами. Не отрываясь от ткацкого станка с полотном вадмели, мужчины и женщины (которые еще и вышивали, натягивая ткань на небольшие деревянные рамки) предавались самым разным развлечениям. Они разговаривали, танцевали, пили хорошее пиво, проверяли сообразительность друг друга, рассказывали о подвигах предков, во всех подробностях описывая их приключения. Разговоры при этом порой бывали довольно вольными, так что церковь впоследствии запретила сочинять mansöngsvísur, то есть любовные строфы, посвященные женщинам. Мы уже говорили, что особенность саг как раз и состоит в этой удивительной смеси героических эпизодов и деталей самой обычной повседневной жизни, — подобных примеров в западном Средневековье довольно мало.

IXЛичная жизнь