Средневековая Исландия

Термин þroell не слишком часто встречается в текстах; более часто в них можно столкнуться со словами leysingi (тот, которого сделали свободным) или frjálsgjafi (тот, которому дали свободу), которые можно понимать как означающие вольноотпущенника, Следует отметить, что подобные люди, если у них имелись достаточные способности для этого, быстро и беспрепятственно достигали состояния бонда, то есть в полной мере свободного человека. Предполагается, что, отправляясь в поход (í vikíngu), бонд оставлял дома жену, которой рабы помогали в выполнении домашних работ. Однако так было не всегда (похоже, что в данном случае сказывается влияние житийной литературы). Невозможно не усомниться, особенно после прочтения, например, первых глав Книги о заселении Исландии, в том, что подобная дискриминация могла действительно существовать в столь удивительном, эгалитарном, или, по крайней мере, мало иерархизированном обществе.

♦ Бедняки и бродяги

Нельзя завершить эту тему, не сказав хотя бы несколько слов о бедняках и бродягах, являвшихся язвой на теле исландского общества, как, впрочем, и многих других западных стран того времени. Это особенно четко описано в Саге о Стурлунгах или в Сагах о епископах, составляющих нечто вроде литературного жанра, называемого сагами об исландцах. В дальнейшем мы рассмотрим вопрос о ресурсах Исландии: несмотря на то, что мы говорили о рыбной ловле и овцеводстве, не следует сомневаться в том, что страна эта все же была не слишком богата. С другой стороны, вышеприведенные определения производят впечатление довольно жестких и малоподходящих для людей, не имеющих постоянного места жительства и определенного места в обществе (их называли einhleypingr; то есть: «тот, кто бежит совсем один») или не относящихся к одной из трех описанных выше категорий. Однако нередко бывало так, что в результате неурожая или неудачи малые бонды лишались средств к существованию. Таким образом, не стоит удивляться частоте появления в сагах нищих и других бедняков; например, в Саге о Ньялле Сгоревшем нищенки играют определяющую роль.

Однако подобные ситуации предусматривались, и законодательство пыталось сгладить трудности, создав совершенно оригинальное для того времени учреждение — hreppar (мн. ч. hreppr), представляющее собой разновидность страховой кассы на случай любых бедствий, управляемой несколькими избираемыми и достаточно видными лицами (образовать hreppar могли двадцать бондов). В их обязанности входило оказывать помощь пострадавшим в случае пожаров, наводнений и ущерба любого рода. Исследователи так и не сумели пока определить истоки этого специфически местного учреждения (ничего подобного в других Скандинавских странах не существовало), и читатель — это еще не последний сюрприз» — может оценить несомненную оригинальность этой островной культуры. В Исландии существовала также система помощи беднякам, которая сохранилась во всей Скандинавии вплоть до начала XX века. Сведения о нуждающихся, особенно детях, поступали в выделенную для этого группу людей, занимавшихся их проблемами в течение некоторого времени — вплоть до переселения пострадавшего в другое место. Лютеранство подхватит эту систему и будет систематически применять ее. Таким образом, фразу «дети прихода» следует понимать как «дети, порученные попечению прихода».

К категории бедняков — термин fátoekr буквально означает «тот, кто получает немного», — можно также отнести и малоимущих, живущих в определенном доме или в семье, однако не способных прокормиться самостоятельно, по причине старости, болезни или недуга. Эта категория также была очень многочисленна, и достаточно почитать семейные саги, чтобы понять, что такие люди представляли собой предмет одной из главных забот общества. Их называли úmagi — буквально, «тот, кто не может обеспечить себя», и в исландском языке даже имелось существительное úmegð для описания людей такого рода. В текстах саг нередко упоминается обо всех лишних ртах, представляющих задачу для хозяйки дома, занимавшейся содержанием неимущих (úmagahald). Разумеется, úmagi также находился на попечении hreppr.