Читаем Средневековая Венеция полностью

Сарацины, завоеванные в начале IX в. Критом и Сицилией, в 838–839 гг. обосновались у канала Отрант в Бриндизи, затем в Таренте — во владениях Византии, позвавшей Венецию на помощь. Они были первыми морскими противниками Венеции. Однако венецианские суда потерпели поражение, и арабы повернули на север, разграбили Оссеро, взяли штурмом Анкону, высадились в Адриа, захватили (841 г.) караван торговых судов, возвращавшихся в Венецию, и водворились на островах залива Кварнеро, откуда угрожали Лагуне и морским путям и совершали набеги до Градо и Комаччо. Но из-за удаленности баз и схваток с противником, хорошо знавшим прибрежные территории, арабы отступили после 875 г. Одновременно возникла и другая, более коварная опасность — со стороны славянских племен, проникавших с Балканского полуострова небольшими группами в разные места на востоке Адриатического побережья, где закончилось расселение романских народов. Наиболее отважные обосновались в устье Неретвы, по которой пролегал основной путь внутрь материка через динарские Альпы, или на крутом берегу Кварнеро. Они быстро усвоили навыки судовождения, построили быстроходные барки и превратились в пиратов. В 834–835 гг. пираты захватывали венецианских торговцев, возвращавшихся из Беневенте, и убивали их; в 839 г. разбой возобновился. Венецианские карательные операции на море не принесли желаемых результатов. В 887 г. новый дож Пьетро I Кандиано возглавил флот и замыслил серьезную операцию. Он был побежден и погиб под Макарской. Когда сын дожа Орсо II Патричиако — Пьетро Бадоэр пал от рук пиратов, Венеция пошла на компромисс и согласилась заплатить выкуп. В 900 г. над Северо-Западной Италией и над Лагуной нависла новая страшная, но непродолжительная угроза — нашествие венгров, предавших огню и мечу Альтино, а также Читтанову, Джезоло, Каварцере, Кьодджу, то есть всю континентальную часть молодого герцогства. IX в. завершился не слишком удачно для Венеции, которой приходилось довольствоваться упорным сопротивлением различным врагам, прибывавшим с последней волной нашествий.

X в. начался с добрых предзнаменований. Пьетро II Кандиано принялся укреплять позиции на ближайших подступах: на востоке — в Истрии и на юге — в Корначчо. В 932 г. Каподистра, основная гавань полуострова, обязалась защищать интересы Венеции, там где они игнорировались, и пресекать насилия со стороны местных сеньоров. Самый могущественный из них в 933 г. заключил мирное соглашение в Риальто. Против Комаччо, арестовавшего нескольких венецианских торговцев, дож направил флот, который сжег замок этого незадачливого феодала, а оставшихся в живых отправил на Лагуну, обязав их принести клятву верности. Венеция не проводила никаких территориальных приращений, она довольствовалась тем, чтобы сделать надежными пути сообщения и утвердиться в сердцевине дельты (по берегам реки По). Со второй трети X в. Венеция стала осуществлять контроль над Адриатикой к северу от линии Пола-Комаччо.

Во времена Пьетро II Венеция ощутила себя настолько сильной, что смогла отказать славянским вождям в выплате дани, служившей «ценой мира», и направила эскадру на помощь романо-греческому населению городов. Весной 1000 г. дож лично командовал флотом, освобождая последовательно Оссеро, Зара, Трау и Спалато. Епископы, и среди них даже епископ Рагузы, отдавали ему честь, а пираты островов Курсолы и Лагосты капитулировали и вернули заложников. Дож получил титул «вождь венецианцев и далматинцев» (dux veneticorum et dalmaticorum); новый титул признавался европейскими державами, папой и императором.


Завоевательная политика

Перейти на страницу:

Все книги серии Гиды цивилизаций

Похожие книги

100 великих казней
100 великих казней

В широком смысле казнь является высшей мерой наказания. Казни могли быть как относительно легкими, когда жертва умирала мгновенно, так и мучительными, рассчитанными на долгие страдания. Во все века казни были самым надежным средством подавления и террора. Правда, известны примеры, когда пришедшие к власти милосердные правители на протяжении долгих лет не казнили преступников.Часто казни превращались в своего рода зрелища, собиравшие толпы зрителей. На этих кровавых спектаклях важна была буквально каждая деталь: происхождение преступника, его былые заслуги, тяжесть вины и т.д.О самых знаменитых казнях в истории человечества рассказывает очередная книга серии.

Леонид Иванович Зданович , Елена Николаевна Авадяева , Елена Н Авадяева , Леонид И Зданович

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное