Средневековые хронологи «удлинили историю». Математика в истории. Новая хронология

Вполне понятно, что принято думать (поскольку Птолемей считается автором «Альмагеста» и астрономом II века), будто греческое издание воспроизводит оригинальные данные каталога, а латинское издание — подправленные. Это подтверждается и титульным листом латинского издания, где относительно публикуемых в нем данных сказано: «к сему времени приведенные особенно для учащихся». Но так ли уж бесспорен этот вывод? Дело в том, что различия в числовых данных каталога в этих двух изданиях не ограничиваются только поправкой на прецессию. В греческом издании (1538 года) все широты систематически увеличены (улучшены) по сравнению с широтами латинского издания (1537 года) на 25 минут или же исправлены на более точные.

Поправка является круговой, то есть вся эклиптика целиком передвинута к югу, почти на диаметр Солнца. При этом эклиптика греческого издания заняла естественное (астрономическое) положение, и ее плоскость прошла практически через центр системы координат, чего нет в латинском издании. Налицо очевидное исправление систематической ошибки, присутствовавшей в исходном каталоге. Она могла возникнуть либо из-за несовершенства измерительных инструментов, которые при последовательном продвижении измерений от Северного полюса к югу постепенно дали такую суммарную ошибку, либо даже из-за того, что близкие к горизонту звезды «приподнимаются» искривлением светового луча, косо проходящего сквозь атмосферу.

Итак, про латинское издание каталога утверждается (по традиции), что числовые данные в нем переработаны. Греческое издание считается воспроизводящим старинный оригинал. Однако из анализа данных видно, что они подверглись исправлению. Недаром Н.А. Морозов высказал предположение, что в действительности первичным является латинский текст, а греческий — вторичным. Во всяком случае, латинский текст несомненно ближе к оригиналу, поскольку в нем еще присутствует систематическая ошибка, явно допущенная не кем иным, как составителем каталога. Но отсюда и неизбежный вопрос: а что, если и 20-градусная поправка внесена была не в латинское, а именно в греческое издание каталога? Но зачем?

Попробуем высказать здесь гипотезу. Для чего, спрашивается, существует и распространяется звездный каталог: как реликвия или как рабочий справочник астронома? Очевидно последнее. Значит, нет сомнения, что при каждом переписывании или переводе с языка на язык имело смысл подправлять (ради практических нужд) эклиптикальные долготы звезд — вводить поправку на прецессию. Тем более, что делать это, как уже было сказано, очень легко. Поэтому нет ничего удивительного, если европейцы имели тексты «Альмагеста» с практически современными им координатами звезд — и никаких других, которые свидетельствовали бы о невообразимой древности каталога.

Следовательно, слова на титульном листе латинского издания о том, что оно содержит «к сему времени приведенные» данные, являются вполне естественными.

С другой стороны, во времена Дюрера историки уже были уверены (как и сейчас), будто Птолемей жил во II веке н. э. И если издатель греческого варианта «Альмагеста» (1538 год) решил выпустить его в свет именно как древний шедевр, неудивительным было бы наведение глянца и лоска в виде уточнений и широтных поправок. В конце концов, в музеях тоже реставрируют старинные картины. И поправка на прецессию, и сдвиг звездных долгот на 20 градусов назад — попросту необходимые элементы реставрации. Уж не тем же ли И. Стабиусом проделанной? Ведь обратим внимание, что он не астроном, а математик! Цель ясна — придать каталогу предполагаемый исходный древний вид. Таким образом, здесь тоже присутствует замкнутый логический круг. Издатель «Альмагеста» 1538 года был убежден, что Птолемей жил 1400 лет назад, потому и счел необходимым сдвинуть на это время «стрелки часов» в звездном каталоге. А теперь мы, через 450 лет, глядя на эти «часы», проникаемся убеждением, что автор звездного каталога действительно составлял его во II веке.

Между тем вполне можно допустить, что первоначальный птолемеевский каталог был создан не за 1400, а «всего лишь» за 100–200 лет до Дюрера — срок достаточный и чтобы «Альмагест» успел отпутешествовать к арабам и обратно, и чтобы автор его стал полулегендарной личностью, отдалившейся еще на 1000 лет в прошлое. Что же касается «античных» описаний звезд по гравюрам Дюрера, то это яркое свидетельство того, что «древнейший» звездный каталог окончательно составлялся или редактировался в эпоху Дюрера или даже позже.