СС. Орден «Мертвая голова»

По странной насмешке судьбы непосредственно руководить убийствами евреев на Востоке пришлось двоим самым нетипичным начальникам подразделений РСХА – Небе и Олендорфу. Их коллеги оказались лучшими специалистами по выискиванию лазеек. Франц Зикс и Хайнц Йост оставили свои соединения уже через несколько недель, а другие, например Вальтер Шелленберг, Генрих Мюллер или доктор Нокеман, ухитрились вообще уклониться от участия в эсэсовских «героических деяниях».

Не слишком большой энтузиазм проявляли и командиры среднего уровня – штурмбаннфюреры и оберштурмбаннфюреры. Гейдрих собирал их по всем ветвям полицейского аппарата, и в большинстве случаев это оказались бывшие представители интеллектуальных профессий. Ликвидаторы евреев являли собой причудливую смесь – среди них были высококвалифицированные научные работники, министерские служащие, юристы и даже протестантский пастырь и оперный певец. Часть из них, воспользовавшись удобным случаем, смогла покинуть «машину смерти». Поэтому таким, как Эрвин Шульц или Карл Егер, удалось избежать участия в худших проявлениях расового безумия.

Даже среди младших командиров наблюдалось так мало энтузиазма послужить Гейдриху на Востоке, что он вынужден был прочесать все отделения гестапо, Крипо и СД в поисках необходимого персонала. Пришлось выцарапывать людей и из полиции порядка, и из войсковых СС; берлинский полицейский батальон был расформирован и повзводно распределен в эйнзацгруппе. Попытки ускользнуть от грязной работы делались на всех уровнях. По свидетельству профессора Зикса, «можно было хотя бы попробовать уклониться. По крайней мере, за это никого не расстреляли».

Тем не менее к маю 1941 года Гейдриху удалось собрать 3 тысячи человек, из которых сформировали четыре эйнзацгруппе. Шталекер получил эйнзацгруппе А, которая следовала за группой армий «Север», наступавшей через Прибалтику на Ленинград, Небе возглавил эйнзацгруппе В (в группе армий «Центр»), Раш командовал эйнзацгруппе С (северный и западный регионы действий группы армий «Юг»), а Олендорфа поставили во главе эйнзацгруппе D (вдоль южной границы наступления группы армий «Юг», между Бессарабией и Крымом). Численный состав колебался от 990 человек в группе А до 500 в группе D, а персонал был довольно пестрый. Например, у Небе было 9 процентов из гестапо, 3,5 процента – из СД, 4 – из Крипо, 13 – из Орпо, 9 – из иностранной вспомогательной полиции, 34 процента – из военных частей СС, остальные – технический и конторский персонал. Каждая эйнзацгруппе делилась на эйнзацкоманды и зондеркоманды по 70—120 человек, приданные армиям: были также субкоманды по 20–30 человек.

В конце мая Гейдрих собрал 120 командиров этих новых подразделений в школе полиции на Эльбе, чтобы подготовить их к предстоящей кампании по уничтожению расового врага.

Постепенно он усиливал идеологическую обработку кадров. Инструкторы РСХА приучали их к мысли о геноциде. Даже речь становилась все более дикой. В середине июня Гейдрих устроил смотр. Три тысячи человек выстроились с трех сторон площади. Глава полиции безопасности и СД смотрел на свои бригады убийц. Он обратился к ним с энергичными, но какими-то туманными словами, сказав только о задаче, которая потребует «беспримерной жесткости».

Позднее, адресуясь уже только к командирам групп в старом замке Преч, он стал откровеннее. Даже после войны штандартенфюрер Вальтер Блюме хорошо помнил, как он сказал: «Иудаизм на Востоке является источником большевизма и потому подлежит искоренению в соответствии с целями фюрера». Олендорф также впоследствии вспоминал, что Гейдрих передал им приказ фюрера, включающий такое положение: «Коммунистические функционеры и активисты, евреи, цыгане, диверсанты и шпионы – это прежде всего лица, которые самим своим существованием создают угрозу безопасности войск, а значит, их следует казнить без разговоров».

Восстал ли кто-нибудь из них против чудовищного приказа? Отказался ли кто-то повиноваться диктатору? Олендорф говорит, что он «громко и ясно высказался против приказа о массовых казнях в присутствии всех собравшихся», тем не менее ведь это был его долг – «подчиниться приказам своего правительства, независимо от того, считаю я их нравственными или безнравственными».

Точно так же командир зондеркоманды 1А и доктор права Мартин Зандбергер утверждал, что хотя он и отвергал идею приказа фюрера, но счел его законным, поскольку Гитлер представлял высшую государственную власть. Подобные аргументы приводили и другие.

Никто не восстал. Все повиновались. После смотра по местам своей дислокации 23 июня 1941 года, через день после того, как Гитлер развязал войну с Россией, «посланцы смерти» Гейдриха принялись за свое самое мрачное дело – 3 тысячи загонщиков открыли охоту на 5 миллионов русских евреев.