СС. Орден «Мертвая голова»

Ее развитие первоначально шло в традиционном для вооруженных отрядов СС духе. Достигнув по численности двух рот, она стала зондеркомандой, потом была усилена тремя дополнительными ротами эсэсовцев, прошедших специальную подготовку. Военным обучением этого подразделения руководили офицеры 9-го пехотного полка Потсдама, поскольку требования современной войны далеко выходили за рамки опыта старшего сержанта Дитриха. Впоследствии требовалось убеждать скептиков, что первый генерал-полковник ваффен-СС обладал значительными воинскими достоинствами. Впрочем, несмотря на недостаток знаний, среди своих Дитрих пользовался авторитетом за исключительную храбрость, грубоватую независимость и ту небрежность, с которой он относился к приказам Гиммлера. «Он прирожденный солдат», – говорили друзья. На самом-то деле едва ли он годился, чтобы командовать полком. Обергруппенфюрер Битрих вспоминает, как однажды полтора часа бился над картой, пытаясь объяснить ему ситуацию: «Зепп ничего не понял, совсем ничего».

Сам же фюрер рассматривал тогда это подразделение не как боевую воинскую часть, а как своеобразную гвардию, имевшую как охранное так и парадное предназначение. Люди из этого батальона несли охранную службу в рейхсканцелярии.

В сентябре 1933 года на партийном съезде в Нюрнберге Гитлер нарек охранный батальон своим именем; отныне он именовался «Лейбштандарте Адольф Гитлер». Еще через два месяца, в 10-ю годовщину «пивного путча», новый гвардейский полк присягнул на вечную верность своему патрону. Мало кто заметил, что это означало, по сути, маленькую революцию – в военном и политическом смысле. Ведь гвардейцы принесли присягу рейхсканцлеру, тогда как по конституции Верховным главнокомандующим всеми вооруженными силами считался президент и нигде не было записано, что канцлер может иметь свои личные войска. Хотя в полку было в то время всего несколько сот человек, гитлеровская акция уже обозначила двойственный характер будущих войск СС: фюрер создал подчиненное только ему самому вооруженное формирование, которое – придет день – можно будет использовать и для боевых действий, и для политического террора, а если понадобится, то и против единственной конституционной военной силы – рейхсвера.

Сомневающиеся получили урок в ту кровавую субботу 30 июня 1934 года. Две роты «Лейбштандарте» двинулись в Баварию с приказом захватить и арестовать вожаков СА, собравшихся в Бад-Висзее. Потом специальный наряд под командой Дитриха расстрелял шестерых из них во дворе тюрьмы Штадельхайм, на окраине Мюнхена. Тем временем в Берлине спецкоманды гвардейского полка охотились за антинацистами, устраивая казни во дворе казарм Лихтерфельде. Приняли в этом участие и «дежурные политические спецподразделения». Отряд номер три (Саксония) уничтожил девятерых подозрительных членов партии, другие отряды задерживали штурмовиков.

Их участие навело Гиммлера на мысль о создании широкомасштабных сил СС. Гитлер дал согласие и обещал даже снаряжение с конфискованных складов СА, чтобы сформировать внушительный корпус, хотя генералы рейхсвера уже смотрели косо, ворча, что СС начинают с ними соперничать. Чтобы избежать открытого ропота, Гитлер проявил осторожность, разрешив Гиммлеру сформировать три полка СС, но без права объединять их в дивизию с артиллерией и саперной частью.

Официальной задачей этих частей особого назначения (ВТ) была объявлена внутренняя безопасность. Они оставались в составе СС, а значит, и в партии, и могли участвовать в боевых действиях только в случае войны. За их военную подготовку ответствен рейхсвер. В приказе министра обороны от 24 сентября 1934 года говорилось о праве СС «формировать постоянные вооруженные отряды для внутриполитических целей, определяемых фюрером».

Таким образом было формально признано, что ВТ создаются как государственная военная полиция. Гиммлеру оставалось лишь объединить гвардейский полк с политическими спецподразделениями – и готов фундамент будущей армии СС. Но очень скоро он понял, что не сможет сформировать ее из одних только эсэсовцев. Рейхсфюреру нужны были настоящие бойцы и военные специалисты, а под началом старших сержантов типа Дитриха элиты не получится. Однако маловероятно, чтобы опытные профессиональные военные пошли служить в полицейских частях. Поэтому Гиммлеру пришлось замаскировать истинное назначение ВТ, повернув их к целям более традиционного свойства, чем было предусмотрено в инструкциях рейхсвера и Гитлера. Здесь и кроется объяснение тому факту, что даже спустя многие годы после войны старшие офицеры ваффен-СС всерьез верили, что они с самого начала служили в нормальных вооруженных силах.

Новая имперская гвардия – это выглядело привлекательно, и в ряды ВТ влилось множество бывших офицеров. Эсэсовский судья Шарфе сумел даже завербовать одного генерала рейхсвера, своего старого фронтового товарища Пауля Хауссера. Они случайно встретились на маневрах СА в Оденвальде. Хауссер был в мундире штандартенфюрера СА. Шарфе спросил, не хочет ли он перейти в СС, и тот согласился.