США во Второй мировой войне. Мифы и реальность

Похожую самоцензуру можно наблюдать также в университетах, где академическая свобода царит только в теории. Американский специалист по истории Третьего рейха и Второй мировой войны, которого мы не будем здесь называть по имени, сумел не так давно написать книгу о войне более чем в 1000 страниц, без единого упоминания о Ford-Werke или Ford вообще или General Motors и его дочерней компании Opel. Это вполне понятно в свете того факта, что он сделал свою карьеру в Мичигане, в один из университетов, чье финансовое благополучие зависит в основном от патроната автопроизводителей этого штата. Дома, в США, головные офисы корпораций, имевших немецкие дочерние предприятия, вряд ли испытывали вообще какие-либо проблемы из-за своей деятельности в стране нацистского врага. Вполне естественно, эти корпорации сохраняли максимально возможную секретность об этом аспекте своего бизнеса, так что большинство американцев понятия не имело о том, что вытворял американский капитал во время войны в Кёльне, Рюссельсхайме и в других местах в Германии. Более того, с помощью напыщенных слов и красивых жестов эти фирмы очень старались убедить общественное мнение в США в своем патриотизме. Вследствие этого рядовой американец не мог даже представить себе, что, например, GM, фирма, которая финансировала антинацистские плакаты в своей собственной стране, на дальних берегах Рейна принимала участие в мероприятиях, которые фактически представляли собой своего рода предательство⁴⁰⁴. Вашингтон был гораздо лучше информирован об этом, чем рядовой американец, но американское правительство соблюдало неписаное правило: «То, что хорошо для General Motors, хорошо для Америки», и закрывало глаза на то, что американские корпорации накопили богатства путем своих инвестиций в Третьем рейхе или торговли с ним. Кстати, администрация Рузвельта включала в себя ряд бывших руководителей GM на высоких постах, таких, как Уильям С. Кнудсен, друг Геринга в 1930-е годы и до 1940 года президент General Motors. Всего лишь через неделю после нападения Японии на Перл-Харбор, 13 декабря 1941, года президент Рузвельт сам потихоньку издал указ, позволяющий американским корпорациям вести бизнес с вражескими странами или нейтральными странами, которые были дружелюбно настроены по отношению к врагу, с помощью специального разрешения. Этот порядок, очевидно, противоречил якобы строгим законам против всех форм «торговли с врагом» и резко отличался от того, как соблюдаются другие аналогичные законы даже по сей день, например, в связи с Кубой. Американским гражданам не дозволяется привозить с собой в США из Канады даже приобретенные там кубинские сигары⁴⁰⁵.

Вашингтон также рассчитывал на активное сотрудничество крупных корпораций страны с тем, чтобы довести войну до победного конца. Как писал Чарльз Хигем, администрации Рузвельта «пришлось лечь в постель с нефтяными компаниями для того, чтобы победить в войне». Следовательно, должностные лица правительства не могли позволить себе задавать неприятные вопросы и закрывали глаза на непатриотичное поведение американского инвестиционного капитала за рубежом и особенно в Германии. «Для того, чтобы удовлетворить общественное мнение, пишет Хигем, – чисто формальные меры пришлось принять в 1942 году против самого известного нарушителя законодательства о “торговле с врагом” – Standard Oil. Но Standard Oil указала на то, что она “поставляет горючее большей части армии, флота и ВВС и, [таким образом], делает возможной для Америки победу в войне”. Корпорация Рокфеллера в конечном итоге согласилась заплатить незначительный штраф за то, что “предала Америку”, но ей было разрешено продолжить свою выгодную торговлю с врагами Соединенных Штатов».⁴⁰⁶ Предварительное расследование возможно предательской деятельности IBM в стране нацистского врага было аналогичным образом прервано, поскольку Соединенные Штаты нуждались в технологии IBM не меньше, чем нацисты. Эдвин Блэк пишет:

«IBM была в некоторых отношениях “важнее войны”. Обе стороны не могли себе позволить обойтись без важнейшей технологии компании. Гитлеру была нужна IBM. Так же, как и союзникам»⁴⁰⁷.

Дядя Сэм немного погрозил пальцем Standard Oil и IBM, но большинство владельцев и менеджеров корпораций, которые вели бизнес с Гитлером, вообще никто не беспокоил. Связи Сосфенеса Бенна из ITT с нацистской Германией, например, не были ни для кого секретом в Вашингтоне, но он никогда не испытывал никаких трудностей из-за этого. Чарльз Хигем объясняет: