Читаем Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года полностью

Письмо В. И. Ленина из Кракова В.И. Невскому в Харьков, 4/17 декабря 1912 г.

Ленин В.И. ПСС. Т 48. С. 130.


№ 37

Ленин:

К выдаче: Александру Ефремовичу Аксельроду в С. Петербург. № 1508. 10 декабря 1912 года. Париж, 20 декабря н. ст. 1912 г., Н.Крупская в С. Петербург, Александру Ефремовичу Аксельроду, Калашниковское отделение Русского для внешней торговли банка.

Химический текст

Для Васильева и № 3. Дорогие друзья. Сегодня получили ваше известие о том, что большинство кооператива водворило опять нац. – культ. автономию в угоду еврейским националистам и прочей компании. Что это, – издевательство над 6-ю? Неужели эти господа не понимают, что разъясняя программу в угоду этой компании, они тем самым освобождают от подчинения меньшинство? Ведь это же публичное позорище то, что они одолевают, пользуясь одним голосом случайно путано-меньшевика или же опираясь, может быть в этом вопросе на № 16. Мы не знаем, что предпринимала по этому поводу шестерка.

Но как можно тут молча подчиняться, как может № 3 согласиться читать такую мерзость публично (и тем брать на себя ответственность), как могла шестерка (или хотя бы один № 3) не выступить немедленно в «Дне» с заявлением, что эти господа издеваются над программой и ведут к расколу, – мы решительно не понимаем. Ведь если молчать, то еврейские марксисты завтра верхом будут на нас ездить. Вообще есть предел. И если эти господа думают, что меньшинство обязано подчиняться и тогда, когда явно рвут в клочья программу, то они жестоко ошибаются.

Мы послали одну статью о куль[турно]-нац[иональной] автономии общую еще до вашего письма (там цитиров. Плех[анов]: кавказцы и Бунд приспособляют социализм к национализму). Сегодня шлем статьи уже прямо против кооператива. Просим вас содействовать помещению их возможно скорее и думаем, что, если еще не поздно, вы должны решительными мерами попытаться избежать измены программы. Необходимо воевать, раз те идут на такие шаги. Насчет слияния «Вечерней почты» с «Днем» вы вероятно вынесете резолюцию все, за исключением ликвидаторствующих. Нечего и говорить, что с их стороны это было жульничество, и что ни на что общее мы не пойдем. Почему же только четверо едут? Мы очень, очень просим добиться приезда всей шестерки. Это крайне важно.

Копия перлюстрированного письма В. И. Ленина на имя Аксельрода, 7/20 декабря 1912 г., Краков. Перлюстрация 10 декабря 1912 г.

ГА РФ. Ф 102. Оп. 265. 1912. Д. 532. Л. 95–96 об.

Опубликовано: Ленин В. И. ПСС. Т. 48. С. 134–135.

Из эпохи «Звезды» и «Правды» (1911–1914 гг.). Вып. 3. М.; Пг., 1923. С. 199–201.


№ 38

Крупская:

К выдаче: Александру Ефремовичу Аксельроду в С.Петербурге. № 1524. 12 декабря 1912 года. Краков, 22 декабря 1912 г., С. Петербург, Александру Ефремовичу Аксельроду, Калашниковское отделение Русского для внешней торговли банка

Для К. Ст.

Дорогой друг. 1) Наконец, сегодня получили от вас более или менее подробное письмо. Между прочим: не совсем ясно, кажется вы собираетесь, вопреки условию, сами не приехать на Р.Х. вместе с 4 друзьями. Если это так, то мы самым категорическим образом против этого протестуем. Безусловно, абсолютно, категорически настаиваем на вашем приезде. Много вопросов становится ребром. Один из них – положение в коопер. при наличных условиях, да и ряд других. Так что независимо даже от условий вашего здоровья, ваше присутствие безусловно обязательно. И мы категорически требуем его. Вы не имеете права поступить иначе. 2) Затем, раз уже сейчас речь идет только о 4-х нумерах, то не окажется ли опять только 2. Это будет ужасно. Отдельные разговоры с частью части в сумме не равны общему разгов. А опять-таки много вопросов стоит ребром. № 6 безусловно необходим. Почему нельзя, чтобы и остальные 2 прибыли. Разве уже так непреодолимы семейные дела. И далее – писали ли вы С., чтобы и он ехал сюда непременно к этому времени. Если нет, сделайте это сейчас через его приятеля. 3) Отказ В. в уплате нам жалованья, как вы знаете по всему положению, ставит нас в полную невозможность существовать. Это ставит вверх дном много планов. Я-то, допустим, смогу еще уехать и поискать заработка. А что будет делать Володя. Подумали ли об этом. И так ли уж нет никакой возможности ничего платить, раз там кормится человек 10, если не больше. Во всяком случае, если дело так печально, что не могут платить ничего, то, естественно, падает здешняя база. Весьма и весьма огорчительно, но… ничего не поделаешь. Если есть смысл, подымите еще раз вопрос о плате. Ибо слишком серьезны будут последствия… […] Ждем вас непременно и чем раньше, тем лучше. – Самый сердечный и дружеский привет.

1. Нельзя ли снарядить № 3 с адвокатом (С.) к богатым людям за деньг. 2. На предприятие Ветрова[663] получено 250 р. (отосланы № 3), да обещано еще 250. Надо возобновлять. Ветрову писано четырежды. Полное молчание. Примите меры.

Копия перлюстрированного письма Н. К. Крупской Сталину, 9/22 декабря 1912 г., Краков. Перлюстрация 11 декабря 1912 г.

ГА РФ. Ф 102. Оп. 265. 1912. Д. 532. Л. 100–101 об.


№ 39

Крупская:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий , Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное