Читаем Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года полностью

На несколько месяцев затянулись собрания, на которых происходила оживленная дискуссия «по платформам». Результат голосования был таков: за участие высказало 24 тысячи рабочих (причем большинство их за участие «с гарантиями»), за бойкот 12 тысяч; около 15 тыс. рабочих остались неопрошенными. […] Было избрано всего 300 уполномоченных. Результаты голосования показали, что среди рабочих нет единодушия. Этим воспользовались нефтепромышленники, чтобы решительно выступить против совещания – с кем договариваться, если за совещание, да и то условно, высказалось несколько больше половины всех рабочих? Несколько собраний уполномоченных прошли в ожесточенной борьбе сторонников различных течений и ни к чему положительному не привели; бойкотисты в конце концов ушли. […] Джунковскому было предъявлено основное требование проведенного большевиками наказа – допущение с совещательным голосом представителей союзов. Убедившись в решительном нежелании промышленников договариваться с рабочими, как с единым целым, Джунковский воспользовался этим ультиматумом, чтобы объявить заседание закрытым «ввиду отказа со стороны представителей рабочих без участия представителей профессиональных союзов приступить к работам организационной комиссии».

Захарова-Цедербаум К. В годы реакции. С. 83–84.


№ 51

Начальник сыскной полиции Бакинского градоначальства [Азбукин]:

В ночь на 25 сего марта лично мною с чинами сыскной полиции совершен обход разных притонов, посещаемых всякого рода преступными лицами, причем задержано несколько подозрительных лиц, в числе задержанных оказался житель сел. Маглаки Кутаисской губ. и уезда Коган Бесов Нижарадзе, при котором найдена нелегальная переписка, и потому Нижарадзе передан мною в распоряжение господина начальника Бакинского губернского жандармского управления.

Докладная записка временно исполняющего должность начальника сыскной полиции г. Баку [Азбукина] бакинскому градоначальнику, 31 марта 1908 г.

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 627. Л. 2 (подлинник).

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 523. Л. 1–1 об. (подлинник, рукопись).

Опубликовано: Островский А. В. Кто стоял за спиной Сталина? С. 291.


№ 52

Начальник сыскной полиции Бакинского градоначальства [Азбукин]:

Г. Начальнику Бакинского губернского жандармского управления.

При сем препровождаю на распоряжение вашего высокоблагородия жителя сел. Маглаки Кутаисской губ. и уезда Каиоса Нижарадзе, задержанного в ночь на сие число в №№«Германия», вместе с отобранной у него перепиской, при сем в опечатанном конверте прилагаемой.

Отношение вр.и.д. начальника сыскной полиции Бакинского градоначальства [Азбукина] начальнику Бакинского ГЖУ полковнику Е. М. Козинцову, 25 марта 1908 г., № 168

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 627. Л. 22 (подлинник).


№ 53

Протокол[102]



1908 г. марта 25 дня. Задержанный по сомнен[ию] в личности назвавшийся Нижерадзе Кайосом Бесовым в Бакинской сыскной полиции объяснил





Протокол допроса И.Джугашвили 25 марта 1908 г., Баку. Заполнен рукой допрашивавшего, подпись – автограф. Подписи допрашивавшего нет, вместо нее повторено: «Гайос»

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 1. Д. 5050. Л. 1–2 об. (подлинник).


№ 54

Полковник Е. М. Козинцов:

Постановление № 1895[103]

1908 г. марта 25 дня, г. Баку. Я, начальник Бакинского Губернского Жандармского Управления полковник Козинцов ввиду имеющихся сведений в Управлении о преступной деятельности Кайоса Виссарионовича Нижарадзе и руководствуясь 21-й ст. Положения о Государственной Охране (…) постановил: поименованного Нижарадзе заключить под стражу в Бакинскую тюрьму, впредь до разъяснения обстоятельств дела, копию сего постановления препроводить г. прокурору Бакинского окружного суда, г. Бакинскому градоначальнику и в место заключения, о чем объявить задержанному.

Полковник Козинцов Постановление это объявлено Нижарадзе Гайоз[104]

Постановление начальника Бакинского ГЖУ полковника Е. М. Козинцова, 25 марта 1908 г.

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 627. Л. 21 (подлинник).


№ 55

Полковник Е. М. Козинцов:

Уведомление о возбуждении переписки (Лит. А)[105]

1) Наименование дознания Переписка о выяснении степени политической благонадежности назвавшегося Каиосом Нижарадзе.

2) Время возбуждения дознания 30 марта 1908 г.

3) Место возбуждения и производства Г. Баку

4) Кто производит […] Переписку и.д. адъютанта вверенного мне Управления поручик Боровков

Перейти на страницу:

Похожие книги

Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное