Читаем Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года полностью

Описанные дебаты в начале сентября проходили с участием меньшевиков, ведь комитеты были едиными. Меньшевики настаивали на том, чтобы сосредоточить усилия на подготовке к думским выборам. Хотя большевики не придавали этому вопросу того же значения, однако наказ будущим социал-демократическим депутатам III Государственной думы от Баку был написан И. Джугашвили и принят на собрании уполномоченных от рабочей курии 22 сентября. Основной задачей социал-демократической фракции было объявлено «содействие классовому воспитанию и классовой борьбе пролетариата […] для освобождения трудящихся от капиталистической эксплуатации», а любые тактические блоки с представителями буржуазных партий недопустимыми[31]. Результаты выборов убедительно показали, что линия была выбрана неудачно. Рабочие устали не только от социал-демократов, но и от всех радикальных партий вообще, к тому же роспуск одного за другим двух составов Государственной думы вряд ли способствовал энтузиазму избирателей. К выборам рабочие отнеслись апатично, на первом этапе большинства не набрала ни одна партия, а при повторном голосовании 55 % голосов получил Союз русского народа[32]. Нет прямых свидетельств, как восприняли социал-демократы свой провал на выборах, да еще и успех черносотенцев. Можно предположить, что большевикам легче было с ним смириться, раз они исходно не придавали думским выборам особого значения. Другое дело, что угроза со стороны черносотенцев служила отличным аргументом в пользу необходимости иметь боевую дружину.

Летом 1907 г. на собраниях по обсуждению результатов V съезда РСДРП большевики убедились, что достигли если не численного перевеса, то по крайней мере солидного меньшинства. По оценкам советских исследователей, к осени 1907 г. из 2500–2600 членов бакинской организации две трети шли за большевиками[33]. Эта цифра численности членов партии кажется завышенной, ведь при избрании делегатов на Лондонский съезд в выборах в Баку приняло участие около 1300 человек. Сомнительно, чтобы организация количественно удвоилась за полгода, к тому же в условиях общего спада революционного движения. Азербайджанский историк И. С. Багирова полагала, что в Баку в 1906 г. было 780 большевиков и 300 меньшевиков, в 1907 г. – 500 большевиков и 1000 меньшевиков, максимума число членов РСДРП достигало в 1908 г. – до 3000 человек, затем резко снизилось[34]. Как бы то ни было, большевики почувствовали, что могут иметь большинство, и повели дело к перевыборам районных и городских комитетов, чтобы взять их под свой контроль. Об этом емко рассказал Г. К.Орджоникидзе. «Сразу стало ясно, что меньшевики не выдержат боя; мы их стали вытеснять из всех районов; крепко держались они только в городском районе. Но беда была в том, что партаппарат – Бакинский Комитет и большинство районных комитетов – был в руках меньшевиков. Надо было отвоевать его у них. Имея большинство в организации, мы потребовали созыва конференции. Меньшевики отказались. Тогда мы, переизбрав районные комитеты, выступили от имени четырех пролетарских районов (Балаханов, Сабунчей, морского и Биби-Эйбата) и попробовали взять на себя инициативу созыва конференции. Нашим четырем районам они противопоставили законный комитет и объявили нас раскольниками»[35]. Обе фракции попытались собрать межрайонные конференции, большевики обвиняли меньшевиков в изобретении особого способа подсчета голосов[36]. Но и большевики, заявлявшие о перевесе голосов в свою пользу, добивались его специфическими мерами. И здесь пригодилась группа А. Рогова, так называемая Балаханская коммуна, из 11 человек. Помимо описанных выше убийств у них была и другая задача: «С прикреплением нас к Сабунчам, мы вытеснили оттуда меньшевиков и закрепили влияние за большевиками»; «наша коммуна в Балаханах была одной из подвижных групп у Балаханского комитета большевиков. Использовали ее для вытеснения из подрайонов меньшевиков, так как территориально мы могли входить в любой из подрайонов Балаханской организации»[37]. Получается, что численный перевес большевики создавали, перемещая такие группы с одного собрания на другое. Члены группы Рогова были арестованы в ночь на 4 сентября 1907 г., стало быть, их деятельность протекала летом того года.

В результате обоюдных интриг и претензий большевики создали свои, избранные по районам комитеты, но и меньшевики свои распускать отказались. Таким образом, в Баку образовались параллельные комитеты и фракции повели отдельное существование, как две разные партии.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное