Сталинградская битва. Хроника, факты, люди. Книга 2

Поразительно усиление военного потенциала Советского Союза в последние месяцы. Наше командование может еще, пожалуй, создать некоторое превосходство сил на одном каком-либо участке фронта, однако наши огромные потери в людях и материальной части, к сожалению, создали неблагоприятную для нас разницу в общем соотношении сил.

Генерал-лейтенант Корфес, командир 235 пд:

О втором фронте у нас до сих пор говорили только в шутливом тоне. После нашего провала в Африке он становится очень серьезным фактором. Когда второй фронт развернется, положение для Германии может стать угрожающим.

Генерал-лейтенант Ленски, командир 24-й танковой дивизии:

Я танкист. Наличие у русских такого большого количества танков при их высоком качестве символизирует большую силу русских. Если вы спросите меня, верю ли я в победу немецкого оружия, то я могу ответить следующее: до сих пор я был в этом убежден — сейчас я сомневаюсь.

Генерал-майор Розке, командир немецких частей, которые были окружены западнее центральной части городского района Сталинграда:

Наши дальнейшие перспективы? Очень отрицательные. Исход войны, вероятно, будет для Германии малоутешительным.

Генерал-майор Вольф, начальник артиллерии 4-го армейского корпуса:

О русской артиллерии могу сказать: она превосходна. Об ультиматуме Красной Армии Паулюс нам ничего не сообщает. Текст я читал здесь. Он содержит вполне приемлемые условия.

Генерал-майор Мориц фон Дреббер, командир 297 пд:

Имеются ли в лагере военнопленных курсы для переквалификации? После войны я уже не сумею использовать в Германии свою профессию солдата.

Генерал-майор Магнус:

Вы спрашиваете, верил ли я разговорам о расстрелах в русском плену? Излишне говорить об этом, если я вместе с другими нашими генералами уже нахожусь в плену. Что же касается нашей пропаганды о расстрелах в русском плену, то ее цели вполне понятны. Цену нашей пропаганды вы знаете не хуже меня.

Однако нашей пропаганде не верите не только вы.

Генерал-майор Латман

, командир 389 пд:

Вы спрашиваете, почему из 330 тысяч солдат, окруженных под Сталинградом, спаслась в плену лишь 91 тысяча, тогда как почти все генералы окруженных войск сдались в плен? На этот вопрос я предпочел бы не отвечать.

Генерал-майор Ульрих Фассол, начальник артиллерии 51-го армейского корпуса:

Я лично никогда не верил, что русские меня как пленного расстреляют. Вместе с тем я приятно поражен оказанным нам здесь приемом. В эти тяжелые дни такое отношение особенно приятно.

Немецкие солдаты и офицеры! Так говорят и так думают ваши генералы. Они сдались в плен, потому что убедились в безнадежности войны.

Зачем же вам бессмысленно погибать за безнадежное дело?

Организованно, по примеру ваших генералов, складывайте оружие и сдавайтесь в плен!

Красная Армия гарантирует вам жизнь, хорошее обращение и возвращение на родину после окончания войны».

ЦА МО РФ, ф. 32, оп. 11309, д. 191, л. 195 — 201.

ПРОТОКОЛ ОПРОСА

генерал-фельдмаршала Кейтеляь Вильгельма

от 17 июня 1945 г.

Кейтель Вильгельм — генерал-фельдмаршал, 62-х лет, начальник Генерального штаба Вооруженных Сил Германии.

В оп р о с. С какого времени вы занимали пост начальника Генштаба Вооруженных Сил Германии?

О т в е т. Я являлся начальником Генштаба Вооруженных Сил Германии с 1935 г. и, исполняя эти обязанности, руководил разработкой, организацией и проведением операций вооруженных сил страны — сухопутных войск, ВВС и ВМФ.

В о п р о с. Являлись ли вы членом национал-социалистической партии?

О т в е т. Согласно существовавшему в немецкой армии правилу военнослужащие не могут являться членами партии, и я не составлял исключения. Правда, в 1939 г. личным указом Гитлера я был награжден золотым почетным значком НСДАП, однако это награждение не имеет отношения к членству в партии. В 1939 г. в Германии не были еще восстановлены военные ордена и поэтому Гитлер, желая наградить меня после захвата Чехословакии, вручил мне этот значок.

В о п р о с. Были ли Вы согласны с политикой национал-социалистической партии?

О т в е т. На этот вопрос мне ответить очень трудно. Я не могу сказать, что был согласен со всеми мероприятиями партии, однако поддерживал ее мероприятия по укреплению и восстановлению Вооруженных Сил Германии. Я должен заявить, что теперь по прошествии долгого времени мне трудно восстановить в памяти все события и поэтому я затрудняюсь с ответом.

В о п р о с. С какого времени Германия начала подготовку к войне против Советского Союза и какое участие вы принимали в этой подготовке?

О т в е т. Вопрос о возможности войны с Советским Союзом впервые встал с некоторой определенностью к концу 1940 г. В период осень 1940 г. — зима 1940—41 г. этот вопрос ставился только в плоскости возможности активных действий германских Вооруженных Сил на Востоке, с целью предупреждения нападения России на Германию.