Стальной век. Социальная история советского общества

Согласно официальным данным, Сталин умер 5 марта 1953 г. «Великая избавительница - смерть подошла вплотную к тщеславному самодержцу и, коснувшись его, молчаливым взглядом сказала: «довольно!» И деспота не стало; он перестал быть, ибо то, что было живым Сталиным, как личностью, навсегда перестало существовать. Не спасли его ни шикарные мундиры, в которые он наряжался, ни многочисленные громкие титулы, которыми он кичился, ни ордена и медали, которыми он увешивал свою грудь, ни груды золота, которыми он привлекал к себе на услужение ретивых борзописцев, ни раболепные подхалимы, которые восхваляли и боготворили его, ни придворная челядь, которая пресмыкалась пред ним, ни плотная стена охранников, которыми он отгородил себя от народа, ни церберы из ВЧК-ГПУ-НКВД-МГБ, на растерзание которых он предавал обманутые и обворованные им народы. Все эти насильники, злодеи и убийцы, сеявшие только смерть, ни на одну йоту не могли прибавить жизни оголтелому маньяку. Перед лицом смерти все они оказались бессильными и ничтожными, как и сам диктатор»⁴⁶⁷. Такими словами проводил правителя полумира эмигрантский журнал русских анархистов.

Троцкист И.Дойчер в написанном им некрологе выделил модерниза-торские «достижения» Сталина: «...Он нашел Россию, работающую деревянными плугами, а оставил ее, оснащенной ядерными реакторами»; он поднял Россию на уровень второй индустриальной державы мира⁴⁶⁸. Дойчер подчеркивал, что сделано это было варварскими методами. Он забыл только упомянуть о том, что ни атомные реакторы, ни атомную бомбу нельзя намазать на хлеб вместо масла...

4. Социальные уступки

По ряду формальных признаков, в Советском Союзе еще с довоенных времен существовали некоторые элементы «социального государства». Была ликвидирована безработица, введены бесплатная медицинская помощь, государственные пенсии, оплачиваемые больничные и отпуска (ежегодные, по беременности и уходу за ребенком); развивалось образование. Однако, как уже отмечалось в предыдущей главе, нищета большинства населения, низкий уровень заработков, наличие огромной армии бесправных работников-заключенных и широкие ограничения в предоставлении услуг и выплат делали эту «социальность» весьма относительной. Правящий класс Советского Союза, как и капитализм эпохи индустриализации, не собирался добровольно делиться с трудящимися хотя бы долей своих богатств. Как и повсюду в мире, эксплуатируемые работники могли добиться улучшения своего положения только в ходе ожесточенного сопротивления.

Протесты угнетенных приобрели массовый характер почти сразу после смерти Сталина. Первыми выступили заключенные лагерей - наиболее бесправная и эксплуатируемая часть трудящихся. В 1953-1954 гг. по этим центрам каторжного труда прокатилась волна волнений и восстаний: в Горном и Норильском лагерях (Норильское восстание, май-август 1953), Речном лагере (Воркута, июль-август 1953), Курганском, Унженском и

Вятском лагерях (январь 1954), в Бодайбо (февраль 1954), Степном лагере (Кенгир, май-июнь 1954), строительном №585 (сентябрь 1954) и т.д. Как отмечает исследователь протестных выступлений в Советском Союзе В.А.Козлов, по форме «это были, главным образом, забастовки, организаторы которых стремились добиться уступок мирными средствами, оставаясь в рамках советской легальности. Но иногда дело доходило до «стойких волынок», жесткой конфронтации, вооруженных столкновений с властями, кровавых расправ над участниками волнений»⁴⁶⁹. В этих акциях принимали участие тысячи или даже десятки тысяч людей. Заключенные возмущались жестоким обращением начальства и охраны, непосильными условиями труда по 10-14 часов в день. Они требовали сокращения рабочего времени до 7-8 часов, выплаты заработанных денег, улучшения условий жизни, быта и медицинского обслуживания, пересмотра дел заключенных, их полной или частичной реабилитации, наказания виновных в злоупотреблениях, а иногда и освобождения всех узников лагерей и перевода их на вольное положение. В ходе выступлений протестующие проявили высокую степень самоорганизации и активности. Хотя восстания и протесты были жестоко подавлены, властям стало ясно, что сохранить прежнюю систему дарового труда не удастся, поскольку в условиях роста общего недовольства в стране «восстания могли стать детонатором больших социальных потрясений»⁴⁷⁰. Это вынудило их приступить к демонтажу лагерного сектора экономики страны: пересмотру дел и освобождению заключенных. С начала 1954 г. по начало 1956 г. число узников лагерей, отбывающих приговоры по «политическим» статьям, сократилось с 467 тыс. до 114 тыс., а общая численность лагерного «населения» впервые за 20 лет составляла менее 1 млн. человек⁴⁷¹. По справедливому замечанию эмигранта из Советского Союза социалиста Н.Драгоша, восстания в лагерях «практически разрушили сталинскую систему массового применения принудительного труда в СССР»⁴⁷².