Стану твоей проблемой

Дарья берет рюмку, осторожно пригубив. На ее лице появляется гримаса, но она молча выпивает. Через пару кругов она начинает заметно оседать. Щеки розовеют, глаза тяжелеют. Наконец она откровенно откидывается на спинку стула и закрывает глаза.

— Все, хватит с нее, — усмехаюсь я, поднимая ее с места. Она почти не сопротивляется, только что-то невнятно бормочет.

Подхватываю на руки и укладываю на кровать в одной из гостевых комнат. Накрываю одеялом и внимательно рассматриваю, словно пытаясь запомнить. Она выглядит спокойной, впервые за этот вечер. Почему-то невольно улыбаюсь. Достаю телефон, делаю фото, сам не знаю зачем. Вдруг пригодится? Ее светлые волосы разметались по подушке, а выражение лица стало почти детским. Странное чувство накатывает, но я быстро отгоняю его.

"Я же делаю глупость. Ее надо было оставить там, на дороге. Или в участке. Но почему-то я здесь, укрываю ее одеялом и думаю, как не подставить под удар." Это совершенно не вяжется в моей голове с реальностью. Сюр какой-то. Может мы с Балу-таки перепили и теперь кроет как осла?

Выхожу из комнаты и возвращаюсь к Медведю.

— Ну и что за цирк ты устроил? — спрашивает он, наливая очередную рюмку.

— Девчонка потомок проблем, — усмехаюсь я, усаживаясь напротив. — Подрезала меня, чуть не угробила, а теперь выясняется, что за ней кто-то охотится. Говорит, что люди серьёзные.

— Ты ей веришь?

— Верю, что она боится. А вот в остальном.… — я машу рукой и чокаюсь с его рюмкой. — Разберусь.

Медведь кивает, делает большой глоток и смотрит на меня исподлобья.

— Может, она шпионка? Или криминальная королева? — с усмешкой бросает он, но я лишь качаю головой. Не похожа она ни на то, ни на другое. Слишком тонкокожая, хотя хочет доказать обратное.

— Пока не знаю. Но что-то мне подсказывает, что она не просто жертва.

Следующую мы выпиваем молча и идём париться. Медведь не задает больше вопросов, давая мне время прийти в себя. Жар бани и обжигающе холодный снег создают приятный контраст. Выпитый алкоголь выветривается, как не бывало. Кожу покалывает от перепада температур, а по мышцам проходит приятная дрожь.

Отлично попарились, можно и передохнуть. Падаю на стул и залпом выпиваю целую кружку холодной воды. Внутренности будто шипят, но остывают. Я только начинаю расслабляться, когда телефон, лежащий в середине стола, начинает вибрировать. Я его игнорирую. Вибрация снова. И снова.

— Ну что ты тянешь? Бери уже, — ворчит недовольно Медведь.

Я отвечаю и сразу жалею об этом. Звонят с работы. Срочно в Управление. Что-то случилось, всех срочно дергают с выходных. Ну ёбтвомать!

— Нет, я не могу, — пытаюсь отговориться. — Я не один.

— У нас ЧП, Тихомиров. Бросай все, нам нужны все! — сердитый голос Тюленя не оставляет шансов. Я выдыхаю и бросаю взгляд на дверь комнаты, где спит Дарья.

— Чёрт, — зарываюсь пальцами в волосы. Что ж всегда все в одну кучу сваливается?

— Что? — спрашивает Медведь, наполняя наши рюмки.

— Что делать с девкой? — я киваю в сторону комнаты. — Надо ж будить. Она только уснула.

— Пусть спит, — отмахивается друг. — Я присмотрю.

— Точно? — переспрашиваю, сверля его взглядом.

— Обижаешь, — усмехается Медведь.

Вроде и нет причин не доверять, но как-то мне неспокойно. Крышей я что ли потек? Это всего лишь девка. Одна из миллиона других точно таких же. Париться на эту тему я совершенно не хочу. И так проблемы в изобилии.

Я вздыхаю, забираю пальто и направляюсь к машине. Чувствую, как за мной осталась не только теплая атмосфера дома, но и что-то большее. "Это не просто ее проблема. Я уже втянут в нее по самые уши, и остановиться вряд ли смогу." Умудрился же на ровном месте найти проблем на свою задницу!

<p><strong>Глава 5 Марат</strong></p>

Снова мчу по ночной трассе и зеваю от усталости, пытаясь переключиться на рабочие мысли. Но они всё равно возвращаются к тому, что оставил Дарью у Медведя. Сразу понятно, что всё в её истории не просто так. Загадочная девушка, которая совсем не та, кем хочет казаться. Наша встреча, ее молчание, странное поведение — это все, что угодно, но не случайность.

"Точно ли я поступил правильно, оставив у друга? Надо, как можно быстрее решить, что с ней делать."

Очередной звонок из Управления прерывает поток моих мыслей. Снова Тюлень, чтоб ему пусто было. Принимаю звонок и ставлю на громкую.

— Тихомиров, мать твою, ты где? — отерт в динамик подполковник Тюленев.

— Елисей Ильич, я же не на самолете, — хмыкаю я, едва не подавившись на его имени отчестве. Родители явно были под чем-то, когда решали, как назвать сына.

— Да мне плевать! Громова убили, весь город на ушах, а тебя нет на рабочем месте!

Конечно, выходные же мне не положены.

— Я еду. Мчусь на всех парусах, — начинаю я пафосно. — Чтобы прикрыть ваш многострадальный зад.

— Тихомиров, прекрати! — рявкает подпол, явно не впечатлившись шуткой. — Пулей сюда, я сказал.