Старые русские деньги. Средневековые русские монеты с арабскими надписями

Рис. 71. Карта находок «сребреников» и «златников» Владимира, Святополка и Ярослава. Нами обведены места находок этих монет, а также места находок их «подражаний» (отмечены галочкой). Странно, что такие монеты находят не только в окрестностях Киева, но также в Польше, Германии и Швеции. При этом во Владимиро-Суздальской Руси таких находок нет.Первая карта, приложенная к [309:1]

Так где же ходили эти монеты? Неужели в основном в Западной Европе? Причем имели там настолько большой успех, что немцы, норвежцы и шведы принялись даже ЧЕКАНИТЬ ПОДРАЖАНИЯ КИЕВСКИМ МОНЕТАМ?

В то же время во Владимиро-Суздальской Руси находок древних киевских монет нет вовсе, рис. 71. Неужели там вообще не ходили такие монеты? Может быть, это были чужие, заграничные земли для Киева? Но почему тогда в XII веке русская столица была мирно перенесена из Киева во Владимир, как утверждают историки? Ее что, за границу перенесли? Все это выглядит очень странно.

Для сравнения на рис. 72 приведена карта находок монет удельных русских князей конца XIV — первой трети XVI века. Область наибольшего скопления находок таких монет охватывает Поволжье и всю среднюю Русь. Киев здесь находится на отшибе, а Польша, Германия, Норвегия и Швеция не включены вообще.

Рис. 72. Карта находок монет удельных русских князей конца XIV — первой трети XVI века. Нами очерчена область наибольшего скопления этих находок. Она охватывает Поволжье и всю среднюю Русь — но не Киев. Польша, Германия и Швеция также не охвачены. Вторая карта, приложенная к [309:1]

Глядя на эти две карты, можно подумать, что Русское государство X — XI веков и Русское государство XIV—XVI веков — это два различных государства, не имевших между собой никакой преемственности и вообще никакой исторической связи. Но мы знаем, что это не так.

2.3. ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ БЫЛИ ВПЕРВЫЕ НАЙДЕНЫ ДРЕВНИЕ КИЕВСКИЕ МОНЕТЫ И ПОЧЕМУ ТУТ ЖЕ ПОЯВИЛИСЬ ПОДДЕЛКИ ПОД НИХ

Самой первой найденной «древней киевской монетой» была монета, принадлежавшая графу Мусину-Пушкину. Считается, что этот экземпляр «найден был в 1792 году, или около этого времени, в Киеве, по словам самого графа "ПРИ КОПАНИИ РВА"... Первое известие об нем сообщено печатно в 1797 году конференц-секретарем Академии Художеств Фёлькнером. Он сам видел монету, уверив, что она "С НЕЗАПАМЯТНЫХ ВРЕМЕН ВИСЕЛА НА ИКОНЕ", приписывал ее уже Ярославу Владимировичу, ХОТЯ БЕЗ ДАЛЬНЕЙШИХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ» [848:3], с. 93. См. рис. 73.

Тут сразу же возникает множество вопросов. Где все-таки была найдена монета — «при копании рва» или «с незапамятных времен висела на иконе»? Почему граф Мусин-Пушкин, первый владелец монеты, говорил одно, а Фёлькнер, который первый опубликовал известие о ней, — совсем другое? Может быть, и тот и другой говорил неправду?

Через несколько лет после находки «монеты Ярослава Мудрого» при столь же сомнительных обстоятельствах были

найдены НЕЗАВИСИМО ДРУГ ОТ ДРУГА СРАЗУ ДВЕ «монеты Владимира Святого».

Рис. 73. «Монета Ярослава Мудрого», обнаруженная раньше других — в 1792 году то ли «при копании рва», то ли «на иконе в Киеве». Взято из [848:3], Таблица 13, № 2

Причем обе они вскоре после своей находки ПОПАЛИ В ОДНИ И ТЕ ЖЕ РУКИ. Что уже само по себе внушает подозрения. Если монеты эти были настолько редкие, что никто их раньше не находил, то вероятность найти в разных местах сразу две такие монеты очень мала. Тем не менее это случилось.

И. И. Толстой так описывает эти находки: «Побудительной причиной для ФАБРИКАЦИИ ПОД ДЕЛЬНЫХ ШТЕМПЕЛЕЙ является почти всегда особенный интерес... Такой всеобщий интерес несомненно возбудили в археологическом мире ПРИ САМОМ СВОЕМ ПОЯВЛЕНИИ ДВЕ МОНЕТЫ С ИМЕНЕМ ВЛАДИМИРА — одна золотая, СТАВШАЯ ИЗВЕСТНОЙ В КОНЦЕ ПРОШЛОГО СТОЛЕТИЯ (в конце XVIII века — Авт.), приобретенная аптекарем Бунге у киевского стрелка и уступленная им Могилянскому, который ЗАТЕРЯЛ ее в Киеве... вторая серебряная, найденная в начале настоящего столетия (около 1810 года) близ Борисполя и приобретенная ТЕМ ЖЕ МОГИЛЯНСКИМ, перепродавшим ее купцу Аверину (при посредничестве Калайдовича), который и пожертвовал ее Обществу Истории и Древностей в Москве» [848:3], с. 204. Вот еще подробности: «Киевская золотая монета куплена в Киеве у одного из наших пеших стрелков, распущенных в конце 1796 года, а ему досталась от матери при разлуке с нею» [848:3], с. 204.