Страницы философии. Опыт XX столетия

О. Шпенглер (1880-1936 гг.) – немецкий мыслитель и философ, продолжатель тради­ции немецкого романтизма и «философии жизни». Основное сочинение: «Закат Ев­ропы» (1918-1922 гг.). Сам О. Шпенглер не относил себя к последователям «философии жизни», хотя, если судить по его письмам, был знаком с произведениями ее основоположников. Шпенглер считал своими предшественниками и вдохновителями И. Гёте, Ф. Ницше, Г. Лейбница. В соответствии с «гётевским» методом познания О. Шпенглер полагал средствами приближения к тайне живых явлений вживание, созерцание, сравнение, непосредственную внутреннюю уверенность, точную чувственную фантазию. Однако уже через усвоение идей Ницше он должен был неизбежно вступить в сферу «философии жизни», хотя бы в ее гносеологическом аспекте. Исходным пунктом концепции О. Шпенглера выступает противоположность истории и природы. Как полагает О. Шпенглер, если мы хотим начать с закономерного, а потом перейти к случайному, то начинать следует с мира-как-Природы. Природа предстает как образ, в котором человек высокой культуры усматривает единство и повторяемость впечатлений своих чувств. Природа – область закономерно необходимого. При­рода предстает через систему законов, формул и жестких определений. Напротив, история разворачивается в воображении как сово­купность образов, наглядных картин, разнообразных символов – плодов «глубинного переживания» души. История всегда вариативна, она проецируется через обусловленную данной культурой точку зрения на мир. История – образ времени, при помощи которого воображение человека стремится почерпнуть понимание живого бытия мира.

Напомним, что О. Шпенглер был приверженцем философии Гераклита и защитил диссертацию, в которой исследовал его концепцию. Из этого факта становится ясным, почему природа у О. Шпенглера видится как «ставшее», а история – как «становление».

В качестве важной конструкции философии О. Шпенглера выступает понятие «души» – субстанциального начала всех начал; ирра­циональной «совокупности возможностей, которые необ­ходимо осуществить». «Душа и мир – этой полярностью исчерпывается сущность нашего сознания, подобно тому, как феномен магнетизма исчерпывается в противоположном притяжении двух полюсов». Душа как нечто самотождественное вечно стремится к «иному». Можно использовать следующее сравнение: душа – это актер, который так «вошел в образ», погрузился в «иное», что забыл про самого себя. Свое «иное» «душа» обретает в органической «жизни», в культуре как целостном организме, противостоя­щем неживой природе как механической системе и «цар­ству причинности".

По мысли О. Шпенглера, духов­ная жизнь человека, наделенного «бодрствующим созна­нием», разворачивается во времени и в определенном на­правлении. Как результат, в сознании индивида конструируется присущая только ему, его личная картина мира: либо образно-символическая, либо рационально-поня­тийная. В качестве фундамента исторического метода О. Шпенглера выступала символика «числа». Посредством типа математического числа или слова фиксируется образное мирочувствование уже ставшего, осуществленного, – «природа», которая со­гласно Шпенглеру является «исчислимой». История же как динамичное осуществление возможной культуры сопряжена с вариациями процедуры счета. Например, античная культура базируется, по О. Шпенглеру, на телесных соответствиях натурального числового ряда. В античной культуре любое число наглядно, вещественно, его можно представить геометрически. Очевидно, что античное понимание числа противоположно фундируемой числовой идее бесконечности, разработанной современной западной цивилизацией. Эта цивилизация, ее математика широко используют понятие бесконечных дифференциальных величин и их существование подкрепляют идеей пустого пространства, «пустот», «отрицательных величин».

О. Шпенглер ратовал за «циклическое» понимание истории. «Циклы», или «круги», – это своеобразные континуумы, в которых независимо одна от другой существуют культуры как организмы. Если мы хорошо знакомы с культурными памятниками прошлого, то мы можем лицезреть «феномен множест­ва мощных культур, с первобытной силой вырастающих из недр своей страны, к которой они строго привязаны на всем протяжении своего существования, и каждая из них налагает на свой материал – человечество – свою собственную форму, у каждой своя собственная идея, собственные страсти, собственная жизнь, желания и чув­ствования и, наконец, собственная смерть». К числу «ве­ликих культур», вполне реализовавших свой потенциал, О. Шпенглер относит китайскую, вавилонскую, египетскую, ин­дийскую, античную, византийско-арабскую, западную, культуру майя, а также «пробуждающуюся» русско-си­бирскую. Уникальность каждой культуры обеспечивает­ся своеобразием ее «души": в основе античной культуры лежит «аполлоновская» душа, арабской – «магическая», западной – «фаустовская» и т.д.