Страсти в нашем разуме. Стратегическая роль эмоций

Ирония, однако, состоит в том, что версия эгоистического интереса позволяет нам сказать, что эгоистический человек вполне может стремиться к мотивации как раз нравственными чувствами (опять-таки при условии, что их наличие распознается другими людьми). Он может даже предпринимать целенаправленные шаги, чтобы увеличить вероятность развития у себя этих чувств. (Он, например, может присоединиться к какой-то церкви или искать случая попрактиковаться в честности.) Как только он приобретет эти чувства, поведение, которое они вызывают, конечно, официально по-прежнему будет относиться к категории иррационального по стандартам эгоистического интереса. Но модель обязательства может помочь нам понять, почему такое поведение, рациональное оно или нет, может стать широко распространенным.

Модель обязательства напоминает конвенциональное эволюционное объяснение тем, что она предсказывает неизбежность оппортунистического поведения. Однако хотя бы в одном критическом отношении она от него отличается: оппортунистическое поведение в данном случае – не единственная осуществимая стратегия. Есть также место, возможно даже весьма просторное, для поведения, которое является в подлинном смысле неоппортунистическим.

Здесь я снова хочу подчеркнуть, что модель обязательства не подразумевает, будто сотрудничающие индивиды суть роботы, генетически запрограммированные на уклонение от личного интереса. Наоборот, она допускает – а в некоторых случаях даже требует – определенную роль культурного принуждения в развитии нравственных чувств. Люди могут даже рационально выбрать, какого рода культурному принуждению себя подвергнуть. Таким образом, в соответствии с этой моделью тенденция к сотрудничеству может быть, а может и не быть чертой, которую некоторые люди наследуют. Модель может работать, даже если ее биологический компонент ограничивается наследственным комплексом симптомов, проявляющимся в людях, усвоивших склонность к сотрудничеству. Наверняка даже самый ярый критик биологических теорий не сочтет это требование неприемлемым.