Строки, добытые в боях

В СаратовеМеня не долечили,ОсколокИз ноги не извлекли —В потертую шинельку облачили,На север в эшелоне повезли.А у меняНевынутый осколокСвербит и ноет в стянутой ступне,И смотрят люди со щербатых полок —Никак в теплушку не забраться мне.Военная РоссияВся в тумане,Да зарева бесшумные вдали…Саратовские хмурые крестьянеВ теплушку мне забраться помогли.На полустанкахВоду приносилиИ теплое парное молоко.Руками многотрудными РоссииЯ был обласкан просто и легко.Они своих забот не замечали,Не докучали жалостями мне,По сыновьям, наверное, скучали,А возраст мойСыновним былВполне.Они порою выразятсяКруто,Порою скажутНежного нежней,А громких слов не слышно почему-то,Хоть та дорога длится тридцать дней.На нарах вместе с ними я качаюсь,В телятнике на Ладогу качу,Ни от кого ничем не отличаюсьИ отличаться вовсе не хочу.Перед костромВ болотной прорве стыну,Под разговоры долгие дремлю,Для гати сухостой валю в трясину,Сухарь делю,Махоркою дымлю.Мне б надо биографию дополнить,В анкету вставить новые слова,А я хочу допомнить,Все допомнить,Покамест жив и память не слаба.О, этих рук суровое касанье,Сердца большие, полные любви,Саратовские хмурые крестьяне,Товарищи любимые мои!

Воспоминание о пехоте

Пули, которые посланы мной,   не возвращаются из полета,Очереди пулемета   режут под корень траву.Я сплю,   положив голову     на Синявинские болота,А ноги мои упираются   в Ладогу и в Неву.Я подымаю веки,   лежу, усталый и заспанный,Слежу за костром неярким,   ловлю исчезающий зной.И когда я   поворачиваюсь     с правого бока на спину,Синявинские болота   хлюпают подо мной.А когда я встаю   и делаю шаг в атаку,Ветер боя летит   и свистит у меня в ушах,И пятится фронт,   и катится гром к рейхстагу,Когда я делаю   свой     второй       шаг.И белый флаг   вывешивают     вражеские гарнизоны,Складывают оружье,   в сторону отходя.И на мое плечо,   на погон полевой зеленый,Падают первые капли,   майские капли дождя.А я все дальше иду,   минуя снарядов разрывы,Перешагиваю моря   и форсирую реки вброд.Я на привале в Пильзене   пену сдуваю с пиваИ пепел с цигарки стряхиваю   у Бранденбургских ворот.А весна между тем крепчает,   и хрипнут походные рации,И, по фронтовым дорогам   денно и нощно пыля,Я требую у противника   безоговорочной     капитуляции,Чтобы его знамена   бросить к ногам Кремля.Но, засыпая в полночь,Смежив тяжелые веки,   вижу, как наяву:     я вдруг вспоминаю что-то.Я сплю,   положив под голову     Синявинские болота,А ноги мои упираются   в Ладогу и в Неву.

Медальон