Сценарии жизни людей. Школа Эрика Берна

Сейчас большинство специалистов в психотерапии понимают, что терапевт не может не навязывать свою систему ценностей пациенту, вопрос лишь в том, осознают ли это он сам и его пациент. В транзактном анализе терапевтический договор фиксирует тот факт, что клиент разрешает терапевту использовать приемы, которые он считает необходимыми, для разрешения трудности клиента, и этот договор позволяет терапевту, в частности, выдвигать по отношению к клиенту требования, основанные на его системе ценностей. С другой стороны, в соответствии с договором клиент вправе ожидать, что терапевт ограничит свое вмешательство той областью его жизни, которая оговорена в контракте.

Я должен упомянуть еще один важный пункт, касающийся манипуляций со стороны терапевта. Так как цель терапевта — помочь клиенту изменить свое поведение, а также в связи с возрастающей мощностью техник воздействия на поведение, становится необходимым точное указание в договоре тех видов поведения, от которых клиент хочет избавиться (см. гл. 22). Ни одно человеческое существо, даже если оно находится в положении терапевта, не имеет права принимать решения за другое человеческое существо, даже если это клиент, относительно того, что ему нужно поменять в своей жизни. В противном случае терапия превращается в промывание мозгов. Чтобы избежать этого, терапевт обязан заботиться о том, чтобы в своей работе не перейти границы, указанные в контракте.

Тесно связан с проблемой здравого смысла и манипуляций вопрос о так называемом самооткрытии. По неизвестным причинам традиционная психотерапия считает действительно ценными лишь те открытия относительно личности и поведения пациента, которые сделал он сам. Возможно, эта традиция основана на наблюдении бесполезности родительского подхода в психотерапии, но со временем она распространилась на любую форму передачи информации от терапевта к клиенту (снова противореча здравому смыслу).

Я бы сравнил это положение вещей с такой ситуацией: у человека сломалась машина, он толкает ее перед собой и наконец прибывает на заправку, где его встречает механик, убежденный в ценности самооткрытия. Механик настаивает на том, чтобы владелец машины сам нашел причину поломки и провел ремонт. Возможно, под руководством хорошего механика владелец и сможет поставить правильный диагноз, а затем исправить поломку, но вряд ли ценность самооткрытия возместит ему потраченное время и энергию, которые могли бы быть использованы с большей эффективностью.

Здравый смысл говорит, что терапевт должен высказывать свое мнение, учить клиента уму-разуму, передавать ему свои знания и ценности, то есть предпринимать активные действия по осуществлению условий контракта, и я полностью согласен с этим мнением.

Еще один путь игнорирования здравого смысла — то, как принято выбирать психотерапевта. Здравый смысл говорит, что важны его образование, его опыт и личностные особенности — душевная теплота и т.д. Более того, здравый смысл говорит, что при выборе психотерапевта нужно опираться на свое мнение.

Тем не менее не считается, что клиент имеет право побеседовать с терапевтом, чтобы понять, подходит он ему или нет. Не считается, что клиент, который хочет решить свои сексуальные проблемы, имеет право спросить терапевта: «Каков ваш опыт в решении сексуальных проблем?», «Состоите ли вы в браке?», «Наслаждаетесь ли Вы сексом?», «Считаете ли вы, что сексуальная жизнь важна?», «Читали ли вы работы Мастерса и Джонсон о сексе?» и т.д.

Я считаю, что человек, который хочет найти подходящего психотерапевта, должен задавать вопросы кандидатам на эту ответственную должность, и что время этой беседы не должно оплачиваться. Более того, терапевт, который отказывается от подобного интервью, может быть заподозрен в неискренности и скрытности. Что касается платы, то терапевту брать деньги с клиента за ответы на вопросы так же абсурдно, как клиенту требовать платы за то, что он ответил на вопросы терапевта.

Миф о душевных болезнях и пользе медицинского подхода в терапии