Ступая за Край

— Давай свои снадобья, я, пожалуй, дойду до кузницы Фалекфора, ощипывать куриц я точно не умею, — Эвиси передёрнуло, она обошла служанку и встала на пороге дома в ожидании Сеилны.

Кузниц в поселении было множество, все они располагались в одном месте, на одной улице, там же, в конце, всегда сновали юные воины, тренировались и хвастались мастерством владения оружия. Бегали дети, а опытные воины проверяли качество мечей или ножей. Иногда в той стороне появлялись женщины, чаще — чтобы принести обед мужу или возлюбленному. Никто не прогонял этих женщин и не осуждал их, никто не говорил, как следует себя вести жене, а как не следует. Это удивляло Королеву Эвиси — жену Короля Меланмира, но радовало девушку Эвиси — пленницу воина Гелана. Ей была по духу такая свобода и такие нравы. Она не была наивна и понимала, что за пределами поселения эти же воины не с таким же почтением относятся к женщинам, знала она, что женщина — добыча воина, но всё это оставалось за хребтами гор, за Краем.

Долго смотрела она на слаженную работу кузнецов и главного из них — Фалекфора. Был он статен и очень высок, по росту он мог сравниться даже с отцом её, Царём Дальних Земель Горотеоном или Наследником его Араланом. Глаза его были черны, а кожа потемнела от работы рядом с огнём. Фалекфор отличался от большей части жителей поселения. Люди здесь были светловолосые и светлоглазые, они не были высоки или могучи, но были гибки и стремительны. Встречались среди них и темноволосые, с тёмными глазами, подобно цвету глаз лошади, каким был Харин, были с волосами цвета льна или с внешностью, какая бывает у людей в дальних странах — с лицом круглым, подобным полной луне, и узкими глазами, словно прищуренными на солнце. Но, большей частью, жители поселения были светловолосыми выходцами из Провинции за Горами. Изначально, говорил Гелан, в поселении жили только выходцы Провинции за Горами, но постепенно стали появляться люди из других земель и провинций, мужчины стали приводить разных женщин, которые стали рожать детей подобных себе — темноволосых или кудрявых.

У Эимит были светлые волосы, цвета пшеницы, были они распущены и подвязаны красной тесьмой, лицо было молодо и красиво, платье простое, добротное, но украшено вышивкой и ярким поясом. И глаза блудливой кошки.

— Эимит? — Эвиси посмотрела на девушку перед ней. — Я принесла то, что ты просила. От Сеилны.

— Ты Эвиси? Пленница Гелана? — Эимит рассматривала Эвиси в упор, но Эвиси не отвела глаза, она смотрела прямо, хотя был ей неприятен взгляд Эимит, с волосами цвета пшеницы.

Эвиси промолчала, протянув свёрток из грубой ткани, она ждала, когда Эимит заберёт свёрток, чтобы отправиться по своим делам.

— Мне было интересно посмотреть на тебя вблизи… ты молода и красива, Королева Эвиси, неудивительно, что Гелан потерял разум настолько, что привёл тебя в поселение, хоть и как свою пленницу, но это не продлится всю жизнь, всю жизнь он не будет проводить ночи с тобой. Мужчинам быстро надоедают женщины, и ты, как бы прекрасна ни была, тоже надоешь Гелану.

— Зачем ты говоришь мне это, Эимит?

— Потому что тогда я буду с ним. Потому что тогда придёт моё время, и он будет моим. Снова!

— Эимит! — раздалось за спиной мужское, голос был подобен раскату грома на земле, словно по ошибке спустился с небес и катился по улице рядом с кузней. — Эимит, перестань! — это говорил Фалекфор. — Нужна вода, ты можешь найти другое время для бесед, сейчас мастера нуждаются в твоей помощи! — он подтолкнул Эимит, с волосами цвета пшеницы, и смотрел ей в след.

— Королева, — Фалекфор немного поклонился Эвиси, — не слушай девушку, она заносчива, но сердце её добро и не желает никому зла.

— Возможно, это так, а возможно, и нет, — ответила Эвиси. — Эимит может злиться на меня.

— Тогда ей следует злиться на Гелана, — подтвердил невысказанные мысли Эвиси Фалекфор. — Ты пленница, и не сама выбрала участь свою.

— Я довольна своей участью, — перебила Эвиси кузнеца.

— Не сомневаюсь в этом, между ложем с мужчиной и казнью — лёгок выбор, Королева. — Фалекфор, как почудилось Эвиси, усмехнулся, потом его взгляд пробежался по Эвиси и остановился, ей почудилось, что глаза кузнеца смотрят с интересом.

— Откуда на твоём платье кровь?

— Кровь? — Эвиси опустила взгляд и увидела пятно крови. — Я зарубила три курицы, — пожала плечами, — Главная Богиня не приняла бы мою жертву, но Сеилна осталась довольна, — улыбнулась.

— О, ты умеешь обращаться с оружием?

— Это не оружие, это всего лишь тесак, хотя он острый и довольно тяжёлый, чтобы в случае надобности убить врага своего.

— А каким ещё оружием ты владеешь?

— Лук, метательные ножи и топоры, сюрикены, всё, что я могу метнуть во врага своего, достигнет своей цели.

— Этому учат Королев? — кузнец улыбался, и не похоже, чтобы он верил словам Эвиси.

— Этому учили меня.

— Для чего? Разве Королеве есть нужда в этом?

— Если бы ближнему бою меня тоже учили, я бы не позволила всаднику схватить меня. — Фалекфор засмеялся на эти слова Эвиси. — К тому же, скука одолевала моё сердце и разум, и долгие тренировки были лучшим развлечением.