Сумма Теологии. Том VIII

Ответ на возражение 2. Определение различных действий к одной и той же цели, [а именно] «хорошей жизни в целом»[120], имеет разные степени. Ведь вначале осуществляется решение, за ним следует суждение, а завершает все предписание. И если последнее имеет прямое отношение к конечной цели, то первые два действия – весьма отдаленное. Но при этом у них есть свои ближайшие цели: так, целью решения является выявление того, что должно быть исполнено, а целью суждения – удостоверение в этом. Отсюда понятно, что разумность в решениях близка к рассудительности и зависит от нее как вторичная добродетель от главной.

Ответ на возражение 3. В делах созерцания разумная наука диалектика, которая определена к поискам и исследованиям, тоже отличается от доказательной науки, которая принимает решение относительно истины.

Раздел 3. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ДОБРОДЕТЕЛЬЮ СООБРАЗИТЕЛЬНОСТЬ?

С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что сообразительность не является добродетелью. В самом деле, согласно сказанному во второй [книге] «Этики», добродетели не «не врождены нам по природе»[121]. Но сообразительность, как говорит Философ, некоторые имеют от природы[122]. Следовательно, сообразительность не является добродетелью.

Возражение 2. Далее, как сказано в той же книге, сообразительность есть не что иное, как способность суждения[123]. Но суждение без предписания может находиться и в злом. И коль скоро добродетель может быть обнаружена только в добром, то похоже на то, что сообразительность не является добродетелью.

Возражение 3. Далее, несовершенное предписание является следствием несовершенного суждения, по крайней мере, в частных вопросах действия, поскольку именно в нем злой допускает ошибку Таким образом, если бы сообразительность была определенной к правильному суждению добродетелью, то в таком случае, похоже, отпала бы всяческая необходимость в какой-либо иной добродетели, которая была бы определена к правильному предписанию, то есть рассудительность стала бы излишней, что представляется неразумным. Следовательно, сообразительность не является добродетелью.

Этому противоречит следующее: суждение совершеннее решения. Но разумность, или правильность, в решениях является добродетелью. Следовательно, соображение [или сообразительность], каковое суть правильное суждение, тем более является добродетелью.

Отвечаю: соображение [или сообразительность] означает правильное суждение относительно не созерцательных, а частных практических вопросов, с которыми связана также и рассудительность. Поэтому в греческом языке о тех, которым свойственно соображение (synesis) [или сообразительность (eysynesia)], говорят как о synetoi, то есть «соображающих», или eusynetoi, то есть «сообразительных»; с другой стороны, о тех, которым недостает этой добродетели, говорят как об asynetoi, то есть «тупицах».

Затем, различные действия, которые не могут быть усвоены одной и той же причине, должны усваиваться различным добродетелям. Но очевидно, что совершенство решения и совершенство суждения не сводимы к одной и той же причине, поскольку многие могут принимать правильные решения, и при этом не обладать тем здравомыслием, без которого правильное суждение невозможно. Это подобно тому, как в делах созерцания некоторые бывают хорошими исследователями благодаря тому, что их разум с легкостью делает выводы об одном на основании другого (что, похоже, связано с расположенностью их силы воображения, которая способна формировать представления), но при этом им подчас недостает правильного суждения (что связано с несовершенством их ума, точнее, несовершенной расположенностью здравомыслия, вследствие чего возникают трудности при вынесении правильного суждения). Поэтому существует необходимость в том, чтобы помимо разумности в решениях была и другая добродетель, которая выносила бы правильное суждение, и таковой как раз и является сообразительность.