Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

Я не ответила — только схватила его руки, прижала к матрасу и ускорила движения. Его член заполнял меня до предела, каждый толчок задевал ту самую точку, от которой мир расплывался в белом тумане. Сейзар не стал сопротивляться — лишь выгнулся навстречу, помогая мне глубже принять его. Его бедра двигались одновременно с моими, а губы не отрывались от груди, то нежно покусывая, то засасывая так, что по спине бежали мурашки.

— Ты... такая... — он прервался, когда я резко опустилась вниз, заставляя его войти до самого основания.

Лиафрит под нашей кожей вспыхнул, серебристые узоры побежали по животу, бедрам, сплетаясь в причудливые узоры. Я чувствовала его энергию — горячую, пульсирующую, сливающуюся с моей.

— Я не... не могу... — его голос сорвался на хрип, когда я сжалась вокруг него, приближаясь к краю.

Но он не позволил мне кончить. Внезапно его руки обхватили мою талию, и он перевернул нас, прижимая к матрасу. Теперь он был сверху — сильный, неудержимый, его бедра двигались резко, глубоко, выбивая из меня стоны.

— Сейзар!

Он захватил мои губы в поцелуй, заглушая крик, когда оргазм накрыл меня с головой. Тело вздрогнуло, сжалось вокруг него, и он последовал за мной — с глухим рыком, вонзившись в последний раз.

Мы лежали, сплетенные, пока дыхание не успокоилось. Его губы блуждали по моей шее, плечам, оставляя легкие, почти невесомые поцелуи.

— Ты... — он задумался, подбирая слова. — Не могу сдерживаться рядом с тобой.

Я рассмеялась, обнимая его крепче.

— Тебе это нравится.

Он не стал спорить.

 

***

Я проснулась, потягиваясь на мягких простынях, и тут же нащупала пустое место рядом. На подушке лежала записка — аккуратный, чуть угловатый почерк Сейзара:

"Ушел помогать Атишу с кораблем. Спасибо за прекрасную ночь, любимая."

Я улыбнулась, переворачиваясь на спину и закрывая глаза, чтобы на секунду продлить это теплое послевкусие. Но тут зазвонил шейл.

"Имир Афгард" — имя вспыхнуло на экране.

Сердце тут же рванулось в горло. Я резко приподнялась, нажав на принятие вызова, но вместо вызова, передо мной возникло его лицо. Видеозвонок.

— Вот черт! — вырвалось у меня, когда я увидела собственное отражение в уголке галоэкрана. Растрепанные рыжие волосы, губы, слегка опухшие от вчерашних поцелуев, и прозрачный пеньюар, который оставлял мало воображения.

А потом я посмотрела на него. Его глаза — синие, как глубины космоса, — потемнели. Он сидел, откинувшись в кресле, за его спиной угадывались строгие очертания каюты. Рубашка расстегнута почти до пояса, обнажая рельефный торс с мгновенно вспыхнувшими серебристыми переплетениями лиафрита. Легкая небритость подчеркивала резкую линию скул, а распущенные белые волосы падали на плечи, делая его похожим на какого-то древнего воина.

— Как же ты мило смущаешься, дорогая жена, — прозвучал его голос. Низкий, хриплый, привыкший командовать, но сейчас смягченный едва уловимой нежностью.

Я ахнула и швырнула шейл на постель, в панике натягивая халат. Он все видел. Мою грудь, мой беспорядок, мою... Из шейла донесся смех — глубокий, бархатный, от которого по спине пробежали мурашки.

— Прости, я еще не разобралась до конца, как пользоваться шейлом, — пробормотала я, осторожно поднимая устройство и стараясь пригладить волосы.

— Так даже лучше, — он подмигнул, и в уголках его губ появилась хищная ухмылка. — Я обещал, что соблазню свою жену, но, кажется, она решила опередить меня.

— Это не так! — мой голос звучал, как писк испуганной мышки.

Он рассмеялся снова, и звук этот был словно теплый мед, растекающийся по телу. Ох, вот это реакция на него. Просто безумие.

— Увидев тебя в таком... восхитительном виде, я успел забыть, зачем позвонил, — он провел рукой по подбородку, задумчиво щурясь. — Ах, да. Я уже лечу к вам. Буду сегодня вечером.

Сегодня. БОЖЕ! Живот сжался в тугой узел от волнения.

— Ты так быстро? Разве Лиаф не далеко? — Спросила я, стараясь звучать спокойно.

— Другие имиры были на Виэрии. А до Лиафа — всего пара суток пути. Я уже второй день как возвращаюсь. Связи не было, не мог поговорить с тобой.

Его взгляд скользнул по моему лицу, будто запоминая каждую деталь.

— И?.. — я не решалась спросить прямо.

— И брачная метка все еще здесь, — он повернул запястье, показывая серебристый узор. А затем поднял другую руку, показав переплетающийся символ имира. — Как и метка имира.

Радость вспыхнула во мне, как фейерверк. Я прикусила губу, стараясь так сильно не реагировать. Но, кажется, глаза уже выдали меня.

— Я рада, что тебе не придется отказываться от титула.

Он хмыкнул:

— Пока мы решили не разглашать наш с тобой союз. Лишние вопросы и волнения ни к чему. Сначала разберемся во всем... а потом объявим официально.

Связь внезапно задрожала, экран покрылся рябью.

— До вечера, дорогая жена, — его голос прозвучал сквозь помехи, но глаза... Боги, эти глаза. В них было столько — жажда, обещание, тепло.