— Оставили нас одних и сбежали, — пожала плечами, предательски сдавая парней.
Афгард замер на секунду, будто обрабатывая информацию. Потом словно проснулся — глаза расширились, брови взлетели вверх. Он даже хлопнул ресницами пару раз, как будто пытался стряхнуть остатки дремоты.
— Тогда... — губы его дрогнули в улыбке, теплой и чуть хитрой. — Мы можем сходить на свидание.
Сердце екнуло.
— Я люблю свидания, — подмигнула ему, чувствуя, как по щекам разливается тепло.
Он расцвел — лицо озарилось таким искренним восторгом, что я едва сдержала смех. Казалось, в этот момент он выглядел моложе всех моих мужей, хотя он старше их.
----
Через час мы были готовы.
Платье...
— Кайс, — вздохнула я, крутясь перед зеркалом. — Ты точно знал, что я запретила себе такое после Сейзара...
Но черт возьми, оно идеально сидело.
Когда я вышла, Афгард замер у двери. Его глаза —
— Ты... — он сделал шаг ко мне, голос сорвался на хрип. — Невероятна.
Щеки вспыхнули.
Сам он тоже принарядился: темные модные брюки, обтягивающие бедра, рубашка с закатанными рукавами, открывающая предплечья, переплетенные серебристыми узорами лиафрита. А еще — расстегнутые верхние пуговицы, дающие намек на рельеф груди...
— Ты и сам безумно хорош, — вырвалось у меня.
Он рассмеялся, низко, смущенно, и протянул руку.
---
Афгард заказал кораблик на нас сегодня. Он был небольшим. Внутри как в автомобиле, места для двух и водительское за матовой перегородкой.
Он пригласил меня в заповедник, в котором ближе к вечеру состоится еще представление. Судя по описанию, что-то похожее на цирковое представление.
— Надеюсь, не с животными? — спросила, усаживаясь рядом с Афгардом.
— Нет, — он покачал головой, пальцы нежно переплетая с моими. — Такие запрещены.
Я кивнула, но вдруг осознала:
— Там же будут другие люди. Они зададутся вопросом, что делает имир с простой райфис.
Афгард повернулся ко мне, синие глаза стали серьезными.
— Ты можешь сделать выбор. Мы можем полететь и остаться в заповеднике одни — я выкуплю его на вечер. Либо идем по плану.
Я даже не задумалась.
— Первый план.
Он наклонился ближе, губы почти касались моего уха:
— Ты готова признать меня мужем публично?
Я бросила взгляд на водителя, но перегородка была матовой, и скорее всего он не слышал нас.
— Да, — прошептала. — Но ты все равно обязан соблазнить меня.
Афгард рассмеялся — глубоко, от души — и притянул меня к себе. Его рука скользнула по моей талии, обжигая даже через ткань платья.
— Я и не собирался скрывать, — признался он, касаясь губами моей шеи. — Лиафрит во мне уже кричит о тебе. А сидеть взаперти, прятаться, чтобы нас не увидели... — он фыркнул. — Мне такой расклад не нравится. Так свою жену не соблазнить.
Я рассмеялась, чувствуя, как сердце колотится в такт взлетающему кораблю.
Сегодня он действительно станет моим.
И я уже не могла дождаться.
Корабль приземлился на краю заповедника, где густая зелень деревьев сливалась с золотистыми лучами дневного солнца. Я вышла первая, вдохнув воздух, наполненный ароматом цветущих растений и свежести. Я пошла по тропинке, по бокам от которой были усыпаны мелкие лиафритовые кристаллы.
Афгард вышел следом, его рука сразу нашла мою, пальцы переплелись в теплом замке. Он улыбнулся, и в его синих глазах отразилось все это великолепие — деревья с серебристыми прожилками лиафрита, будто пронизанные лунным светом даже днем; ручей, струящийся чуть поодаль, его воды переливались всеми оттенками голубого и синего, словно жидкое серебро, в котором танцевали солнечные блики.
— Нравится? — спросил он, слегка сжимая мою ладонь. Его голос звучал глубже обычного, будто он тоже был очарован этим местом.
— Это потрясающе, — прошептала я, не в силах отвести взгляд от крошечных цветов, растущих вдоль тропы. Их лепестки мерцали, как будто присыпанные алмазной пылью, а тонкий аромат напоминал смесь меда и чего-то неуловимо пряного.
Мы начали идти по тропе, но вскоре я заметила, как редкие посетители заповедника бросают на нас удивленные взгляды. Шепотки, быстрые отводы глаз — все это заставило меня слегка сжаться. Афгард тут же уловил мой дискомфорт — его пальцы слегка сжали мои в утешительном жесте.
— Пойдем туда, — он кивнул в сторону менее людной тропы, ведущей вглубь леса. Его голос был тихим, но в нем звучала твердая уверенность.
Я с облегчением последовала за ним.