Свастика во льдах. Тайная база нацистов в Антарктиде.

Да–да, именно обелиски, покрытые руническими письменами. «Когда мы впервые увидели их, до этого стоявших неприметно в тени скального выступа, у нас был настоящий шок, — рассказывал мне Андрэ. — Многие невольно стали озираться; у людей появилось такое чувство, как будто за нами кто–то наблюдает, словно за каждым их шагом следят чьи–то невидимые глаза. Тишина, царившая вокруг, мгновенно показалась нам зловещей. Все молчали, настолько силен был общий шок. Действительно, кто мог представить себе, что на континенте, считавшемся безжизненным, будут обнаружены следы какой–то древней цивилизации?».

Впрочем, вскоре кое–кто всерьез усомнился в том, что эта цивилизация была древней. Хотя надпись не мог прочесть никто, некоторые члены экспедиции посчитали, что это — вполне современная тайнопись, установленная здесь какими–то неизвестными мистиками. Только вот как мистики проникли в эту горную пещеру? Может, они как–то связаны с военной базой, которую ищет Кусто?

В пещеру удалось доставить металлоискатель. Как только прибор включили, он показал, что на дне озера есть крупное скопление металла. Аквалангисты пытались погрузиться как можно глубже, но это им не удалось: слишком стремительным было придонное течение. Мутная вода, которая несла частицы песка, не позволяла разглядеть, что находится внизу. При этом на поверхности озеро было совершенно спокойным и кристально чистым.

На этом аномалии не кончались. Исследователи обратили внимание на то, что поверхность озера иногда волнуется, по ней пробегает странная рябь. Из–за чего это происходит, осталось неизвестным. Но все это было еще «цветочками» по сравнению с тем, что членам экспедиции пришлось испытать в один из первых январских дней 1974 года: озеро начало… светиться изнутри! При этом интенсивность и окраска свечения все время менялись: то еле заметное голубое, то мощное красное, то снова угасающее зеленое.

«С каким–то непонятным ужасом мы наблюдали за этой иллюминацией, — рассказывал мне Андрэ, — у всех было такое чувство, как будто мы прикоснулись к чему–то неведомому и слишком великому, по сравнению с чем мы все — лишь жалкие песчинки». Причин этого свечения даже бывалые исследователи определить не могли, ничего подобного им в природе встречать не приходилось. Вглядевшись в воды озера, некоторые из них различали там какие–то странные тени необычной формы. Если бы в этот момент из воды поднялся какой–нибудь древний бог — думаю, французы совершенно не удивились бы этому после всего произошедшего.

Через некоторое время «светотехническое шоу», однако, прекратились. Оправившись от шока, Кусто с товарищами продолжили исследование пещеры. В воду люди забирались неохотно; у всех было такое ощущение, как будто они ходят по телу спящего дракона.

В глубине пещеры исследователи обнаружили скульптуру. Вернее, сначала кто–то увидел две странных красных точки и направил на них фонарь. Каменное изваяние было сделано так, чтобы внушить страх каждому, кто приблизится к нему. Хищное животное— не то лев, не то пантера — припало к земле, словно готовясь прыгнуть. Над его спиной распростерлись огромные перепончатые крылья с острыми когтями. Пасть животного была приоткрыта, оттуда торчали длинные тонкие клыки. На морде — ужасающая гримаса, смесь ярости и безумия. И что самое странное — вместо глаз у статуи были два красных камня. И они светились в темноте без всякой видимой причины.

Кусто приказал доставить один из обелисков и статую на корабль для отправки во Францию. Однако сделать этого не удалось: постаменты, на которых стояли изваяния, оказались слишком прочными. Орудия, имевшиеся у исследователей, были бессильны против них. Статую и обелиски тщательно сфотографировали со всех сторон. И лишь потом заметили в стене пещеры, за спиной статуи, вход в тоннель.

Вам это ничего не напоминает, дорогой читатель? У Андрэ при виде статуи и следующего за ней коридора в скальной породе никаких ассоциаций не появилось. Мне же, когда я слушал его рассказ, сразу вспомнилась «проклятая шахта» в Валгалле. Й я уже прекрасно знал, что произойдет дальше.

Четыре члена экипажа «Калипсо» вызвались пройти дальше по тоннелю. Их снабдили длинной веревкой и отправили вперед. Между аквалангистами и спелеологами много общего, поэтому за смельчаков никто не беспокоился. Беспокойство пришло час спустя, когда веревка перестала разматываться, а далекое эхо донесло из глубин тоннеля чей–то крик. Андрэ рассказывал: